Помню, мне лет 7 или чуть больше, мы с родителями идем в цирк, все эти запахи, представление, огни, прожекторы, потом перерыв и по арене по кругу катают на лошади. Папа сажает меня на эту лошадь, мне тяжело ее обхватить, ноги короткие, не дотягиваются до стремян, но я держусь. Лошадь начинает идти, так страшно, ее тело идет ходуном, а мне надо держаться, руки потеют, я схватилась за кусок гривы, держусь.

Мне сложно, ужасно сложно и страшно, но одновременно я испытываю дикую радость, азарт, я физически чувствую, как горят мои глаза. Я представляю, как однажды я буду скакать в поле, сама.

Я всю жизнь периодически ловлю себя на этом ощущении: физически чувствую, как горят глаза. В разных ситуациях: когда забредаем с Филиппом в какой-то тайный дворик; когда делаю сложную задачу на работе; когда забегаю домой, чтобы рассказать мужу, что нового узнала; когда писала родителям из своих путешествий, где я и что ем... сотни разных «когда».

А всё началось тогда, в цирке.