Однажды французы сделали немного революшн и подарили пиндосам статую Свободы.
А товарищ Делакруа написал картину «Свобода, ведущая народ». Наверняка, все видели это великое творение.
В центре полотна находится то, на чем зиждется интернет. СИСЬКИ.

Сиськи здесь символизируют ту бездну разврата, в которую нас погружает европейская свобода. Сперва народ ведёт голодругая блудница, уж не вавилонская ли? Потом они устраивают гей-парады, пускают к себе арабов и меняют пол детям. Ну или как-то так.

В левой руке у блудницы флаг республики, в правой ружье. Боюсь, у нас на районе, если бы она ходила с голыми сиськами, карамультук не помог. Но, французы славятся не только танками с четырьмя задними передачами. Они очень интеллигентные люди.

Флаг у нее в левой руке и с левой же стороны на заднем плане бежит толпа лягушатников, чтобы созерцать сиськи. Как известно, с левой стороны в культуре исходит все плохое. Черт шепчет гадости с левой стороны, неверные супруги ходят налево, левые мысли посещают людей, женщина была создана из левого ребра… или нет? Последнее неточно. Надо проверять.

Правая сторона, более светлая, находится в руинах. Неизвестно, отказались они сражаться за сиськи вавилонской блудницы или встали против, осознавая, к чему придет некогда великая держава петухов и лягушатников. Но, правое дело, правая сторона повержена и находится в руинах. Справа от свободы размахивать сиськами бежит Гаврош, перебежчик с доброй стороны, можно сказать падший ангел, погубленная невинность. В обеих руках у него по стволу, как у негритоса из гетто. Как известно, позеры с двумя стволами чаще всего не умеют стрелять. Это намек на то, что ещё вчера мальчик был невинной душой, сегодня же его обуревает жажда убийства. Так одна греховная страсть приводит за собой другие. А ведь изначально мальчик ушел от поруганного разрушенного света всего лишь за свободой размахивать сиськами. Make love not war говорят нам искусители, но почему-то вслед за их фальшивым love каждый раз приходит war. Вот и мирный невинный Гаврош держит два ствола, готовый пролить реки крови во имя свободы размахивать сиськами. В его глазах я вижу тысячи изнасилованных женщин и сотни нанизанных на вилы детей, в его глазах огонь полыхающих усадеб и хрипы умирающих. В его глазах флешбеки того, что ещё не свершилось. Душа кричит, просит остановиться. Но порочная страсть ведёт его к погибели.

Слева от блудницы мы видим Пушкина, символизирующего здесь, думается, всех сукиных сынов, служащих Музе, как наиболее подверженных влиянию сисек и эфемерной свободы. И хотя Александр Сергеевич в год французской резни ещё не родился, я не представляю, кем ещё может быть этот смуглый денди с бакенбардами и в цилиндре. Только поэтом. Ружье в руках поэта символизирует власть слова над толпой. Это отсылка к вождю другой революции, однажды сказавшему: «Один человек с ружьем может управлять сотней безоружных».
Но власть слова и власть ружья меньше, чем власть обнаженной женской груди. Блудница на картине выше ростом. Она подавляет.
С левого края свиту свободы размахивать сиськами замыкает рабочий. В его глазах усталость и безысходность. Он уже понимает, что все вернётся на круги своя, что свобода размахивать сиськами лишь отвлекает от классовой борьбы, а буржуй, который станет гегемоном, заберёт у рабочего все. Будет отчужден его труд, его личность, его устремления и творческие порывы. Будут отчуждены в пользу правящего класса даже сиськи, чье призвание подавить порыв пролетариата. Их будут продавать в борделях на узких парижских улицах, как и продавали. Но не рабочему.

На уровне пояса рабочего ухмыляется дьявольская рожа. Мы видим только злое ироничное лицо. На других репродукциях я видел саблю в его руке. Тот, кто заварил всю кашу и остался за кулисами. Тот, кто разжёг пламя, в котором сгорит западная цивилизация.

Свобода размахивать сиськами ведёт народ по трупам и ведёт в ад. В рай по трупам дороги нет. Позже один из великих скажет: «Твоя свобода размахивать сиськами кончается там, где начинается мой нос». Но его уже не послушают. Этот поезд в огне и нам нечего больше терять.