В прошедшие четверг и пятницу в Петербурге прошла серьезная и большая конференция по онкогематологии, одним из организаторов которой стала Марина Попова, блестящий врач и ученый. Меня зовут на нее второй год подряд. И вот, чем хочу с вами поделиться. В прошлом году там была достаточно тяжелая атмосфера, ушли из России большинство западных компаний, которые поставляли оборудование и расходные материалы, все «испугавшиеся» разъехались. За прошедший год количество и качество русских работ в области генной терапии и клеточной инженерии существенно возросло, появились новые команды, которые смогли хотя бы частично заместить западные технологии, за выход на наш рынок активно бьются китайцы. Одним словом, положительная динамика на лицо. Такое же впечатление было и при посещении Технопрома2023 месяц назад в Новосибирске. В Петербурге я встретил одного молодого ученого, с которым разговорились, и он сформулировал одну трагическую мысль, тени и отблески которой на самом деле витают во всем технологическом сообществе- от двигателестроения до получения новых лекарств. Тезис: «А СВО закончится и все будет по-старому, опять начнут закупать, а не производить, опять быстрые деньги и «рынок» станут главным мерилом успешности проекта». Иными словами, созидатели боятся того, что закончится война и будет мир. Звучит дико! Но!!! Они не кровожадные ватники и колорады, они просто не хотят возвращения правил игры, которые больше 30 лет определяли вектор развития страны. При этом трагизм ситуации заключается в том, что за этот созидательный уклад отдают сотни, тысячи и десятки тысяч жизней. И вроде получается, что созидатели хотят приумножать смерть? Чушь! Созидатели хотят быть востребованными сильной страной, которая может себе позволить быть технологически независимой. А в современном мире технологическая независимость является почти синонимом политической независимости. И созидатели не хотят из одного технологического рабства (западного) попасть в другое (восточное). Поэтому, сегодня мы воюем не только за наших людей на Украине, сегодня мы воюем за самих себя, за исправление самих себя, за изменение русской жизни последних 35 лет. И вопрос, почему за 35 лет мы не смогли сохранить и построить свой независимый технологический уклад, а вынуждены за него воевать, остается риторическим. И как только мы поверим в себя, как только сделаем и новые двигатели, и новые терапевтические антитела, и новые самолеты, то сразу многие в мире и на нас самих посмотрят иначе. Но все же пусть война закончится поскорее и только нашей победой!