#Разгребаем_повестку
🇷🇺🗳️🤔 Коми — моя малая родина, поэтому за происходящим в республике я всегда слежу особенно внимательно. Итоги нынешней кампании дали коллегам хороший повод поговорить уже не столько о самих процентах, сколько о тех изменениях, которые происходят в политической системе региона. Собрал несколько наблюдений, которые показались мне наиболее интересными.

Илья Гращенков, президент Центра развития региональной политики (ЦРРП), считает главным итогом завершение периода, когда Коми воспринималась как одна из устойчивых протестных территорий Северо-Запада. Его ключевая мысль: «Результат воспроизводится, а не случается». После региональной и муниципальной кампаний 2025 года власть получила сопоставимый политический эффект уже на федеральных выборах. Гращенков отдельно обращает внимание на высокую явку и рост результата «Единой России», причём всё это происходит на непростом экономическом фоне для ресурсной республики. По его оценке, причиной прежней протестности во многом было ощущение неуправляемости, а появление большей предсказуемости меняет и модель электорального поведения.

Фёдор Данилин, аналитик Центра политического анализа и социальных исследований, член РАПК,смотрит на результаты с другой стороны — через возможности Коми в федеральном центре. Его формула: «регион собирает лоббистский кулак». В Совете Федерации республику представляют Владимир Джабаров и Екатерина Грибкова, к ним добавляется избранный по одномандатному округу Станислав Кочев. Данилин считает важным появление связки «глава региона — сенаторы — депутат Госдумы», способной последовательно сопровождать интересы Коми в Москве. Особенно существенным это может стать в вопросах Арктики, инфраструктуры и лесной отрасли.

Павел Склянчук, руководитель рабочей группы РАСО по GR, соединяет обе темы — внутреннюю устойчивость и федеральное представительство. По его оценке, Коми постепенно выходит из прежней модели политической турбулентности, а сформированный федеральный контур становится дополнительным ресурсом региона в борьбе за инвестиции, преференции и решения по развитию Арктической зоны. Для бизнеса, подчёркивает Склянчук, значение имеет и предсказуемость поведения региональных элит.

Мне во всех трёх оценках интересна общая точка. Коми действительно долго была территорией со сложной политической биографией, высокой протестной составляющей и периодическими управленческими кризисами. Поэтому два последовательных электоральных цикла с иной динамикой уже заслуживают внимания. При этом я бы пока осторожно относился к формуле об окончательном исчезновении особой политической культуры республики. Такие вещи формируются десятилетиями и за год не растворяются.

А вот появление большей управленческой и политической устойчивости я считаю для Коми хорошим знаком. Теперь начинается самая содержательная часть этой истории: посмотреть, во что она будет конвертирована. В новые инфраструктурные проекты, федеральные ресурсы, решения для лесной промышленности и Арктики, развитие Сыктывкара, Воркуты, Ухты, небольших городов и районов. Именно по этому через несколько лет и стоит оценивать нынешний политический поворот.

Мне, как человеку, для которого Коми навсегда остаётся малой родиной, хочется видеть республику устойчивой, развивающейся и способной уверенно отстаивать свои интересы в Москве. И сегодня оснований смотреть на эту перспективу с осторожным оптимизмом стало немного больше.