Когда я поняла, что каждый из нас в конечном счете одинок, меня это испугало.

Я ощущаю одиночество не как отсутствие людей, а как невозможность встречи. Люди рядом, но никто не может дотянуться до другого и коснуться.

Когда сполна погружаешься в ощущение собственной отчужденности от других — понимаешь, что вопрос не только в том, что тебя не понимают, а в том, что другой человек всегда остаётся для тебя непостижимым — его личность, душа шире твоих представлений и определений.

И думаешь, что если невозможно узнать человека целиком, то невозможно и быть с ним близким.

Но преодоление отчужденности заключается в 2 волевых решениях:
👉Не в попытке окончательно узнать, а в готовности всегда узнавать, не упрощая.
👉В окончательном смирении с тем, что невозможно быть полностью увиденным другим. Потому что это не итоговое состояние, а процесс.

И близость не означает перестать быть одиноким, а значит решаться идти навстречу другому, заранее зная, что этот путь бесконечен.

Смотреть, удивляться и говорить: «Я здесь. Я тебя вижу. Я хочу встретиться».