Однажды утром в 1946 году москвичи увидели на красной площади огромную толпу евреев. Были там всякие – мужчины и женщины, молодые и старые, столичные и провинциальные, даже несколько раввинов и каких-то допотопных типов с пейсами. Удивленные москвичи спрашивают:
- Кто вы такие?
- Мы евреи… из анекдотов.
- Ничего не понимаем! Почему из анекдотов?
- Нас оттуда генеральши вытеснили…
Михаил Мельниченко пишет: "Война стала социальным лифтом для заметной группы фронтовиков, сделавших карьеру от младшего офицера до генерала. Культурный уровень этих людей и их семей часто не соответствовал их положению в обществе.
В Москве после войны в Большом театре в первом ряду партера две генеральши громко разговаривают. Уже погас свет, послышались первые звуки оркестра, снижают тона. Кто-то сзади возмущенно шипит:
- Тише, вы там, увертюра.
Одна из генеральш, обернувшись:
- От увертюры слышу!
Городской фольклор питает особую слабость к персонажу-«нуворишу». Актуальный для нас пример - новый русский из анекдота перестроечного. В 1940-е годы эту роль в анекдоте выполняет новоиспеченная генеральша
В Большом театре в Москве две разодетые генеральши сидят в партере. Позади них – два лейтенанта.
- Ванька, давай к этим пристанем, бабы интересные.
- Отошьют, наверно иностранки, послушай-ка, как они говорят.
- Вроде по-нашему, польки наверно.
В антракте одна из дам выходит, другая остается.
- Ну, Ваня, теперь налетай!
Ваня очень сладко:
- Простите, пожалуйста, гражданочка мы с приятелем заспорили: скажите, вы полька?
- Чаво? Не, я Нинка, а Полька пошла поссать…
Большая часть сюжетов сохранила актуальность и существует в современных анекдотах, сменив обозначение персонажа на более понятное людям нашего времени.
Диалог врача и генеральши:
- У меня ухи болят.
- Вы жена генерала?
- Вы узнали по мехам?
- Нет, по ухам