для меня свобода пахнет казённой пылью, затхлым картоном старых бумаг и дспшными дверями здания суда
помятой вчерашней одеждой, в которой тебя приняли на митинге
ментом, спрашивающим «ну и сколько вам заплатили», но всё-таки отпускающим
холодным декабрьским питером и пронзительным солнцем
чаем в термосе для других задержанных
юностью и наивной уверенностью, что иначе и быть не могло