Солидарность не знает возрастного ценза!

✊«Свободу политзаключённым!» — лозунг, который мы слышим постоянно. Но, как выясняется, для некоторых представителей либеральной оппозиции есть политзеки, более достойные свободы, чем другие.

🗞Недавно канал «Отдел контроля» сообщил, что незадолго до приговора представители Максима Круглова обращались к Илье Яшину с просьбой поддержать включение Максима в списки на возможный обмен. По словам участников переговоров, Яшин отказал, объяснив это так: «Максим молодой, может посидеть. Есть люди важнее».

Если слова «может посидеть» действительно были произнесены, то возникает и другой вопрос: "Не расходился ли публичный образ принципиального борца за освобождение всех политзаключённых с реальным отношением к тем, кто не входил в круг приоритетных для него людей?"

☝️Особенно цинично это выглядит, если вспомнить, что Илья Яшин и Максим Круглов были осуждены фактически по одной и той же статье о «фейках» и за схожие высказывания о событиях в Буче. Оба пострадали за свою позицию. Один оказался в числе тех, кого удалось освободить в результате обмена. Другой продолжает находиться в заключении.

После своего освобождения по процедуре обмена, Яшин говорил о необходимости бороться за каждого политзэка, проводить широкие кампании солидарности, добиваться масштабной амнистии и новых гуманитарных обменов. Именно поэтому история с Кругловым, если изложенные сведения соответствуют действительности, выглядит настолько противоречиво. Между принципом «бороться за каждого» и словами «может посидеть» лежит огромная пропасть.

Да, Максим Круглов — политический оппонент для многих из нас. Да, он является членом партии «Яблоко». Но именно здесь и проверяются принципы. Требование свободы политзаключённым не может распространяться только на своих. Если мы говорим об освобождении всех, кто подвергся репрессиям за свои убеждения и антивоенную позицию, то это касается и Максима. Он оказался в заключении именно за свои взгляды, а не за насильственное преступление.

Но дело даже не только в Круглове.

Сегодня в российских колониях и СИЗО находятся сотни людей, осуждённых по разным политически мотивированным статьям. Это люди самых разных взглядов. Кто-то надеется на освобождение через пересмотр дела, есть ряд политзеков, которые говорят об необходимости широкой политической амнистии, а кто-то про обмен. И если обмен способен освободить человека из путинских застенков, значит, необходимо добиваться того, чтобы возможности для таких обменов были максимально широкими.

Именно поэтому сама логика «этот достоин обмена, а этот может ещё посидеть» выглядит глубоко ошибочной. Решение о том, кто войдёт в конкретный обмен, принимает не Илья Яшин и не любой другой отдельный политик. Это результат сложных международных переговоров. Но задача всех, кто действительно выступает за освобождение политзаключённых, — добиваться расширения списков, включения максимально возможного числа людей, а не заранее сокращать их, деля заключённых на более и менее достойных.

Политзаключённые — не VIP-клуб. Не существует «главных» и «второстепенных» политзеков. Каждый человек, оказавшийся в тюрьме за свои убеждения и антивоенную позицию, должен иметь шанс выйти на свободу.
И это уже вопрос не только о судьбе Максима Круглова. Это вопрос о том, каким люди видят общество после Путина, если даже в борьбе с политическими репрессиями предлагается отказаться от принципа равенства и заменить его принципом политической целесообразности — «этот важнее, этот подождёт», — то что изменится после смены власти? Если меняются только лица, но сохраняется логика избирательности, значит, меняется не система, а лишь её управляющие.

Для нас, людей левых взглядов, принцип равенства — не красивый лозунг, а фундамент политической позиции. Именно поэтому мы не можем делить политзаключённых на «более» и «менее ценных». Отказ от этого принципа означает потерю собственной политической идентичности и того, что всегда отличало левое движение — солидарности со всеми угнетёнными.

👉 Присоединиться | Поддержать нас | Инстаграм | Сайт | Ютуб | PSL in English