Платон: «Ведь никто не знает, что такое смерть», и Пауль Целан: «Никто не свидетель свидетелю». И, однако, всегда подбираем мы себе спутника: не себе, но чему-то в нас, вне нас, чему необходимо, чтобы нам не хватало самих себя для перехода через линию, коей нам не достичь. Спутника наперед утраченного, саму утрату, которая впредь — на нашем месте.

Морис Бланшо — несносный вуайерист человеческого существования, конечно же. Есть две истины, предупреждал Камю, и про одну из них принято молчать. Но кто его слушает...