Автор Telegram-канала ПОСТПРАВДА @postposttruth

Развернувшаяся в общественно-политическом пространстве дискуссия, связанная с судьбой россиян, которые покинули страну на фоне специальной военной операции России на Украине и частичной мобилизации (начавшейся 21 сентября 2022 года и завершённой 1 ноября 2022 года), не может считаться полноценной без понимания степени участия этих российских граждан в какой-либо деструктивной политической деятельности за рубежом. Ведь только так можно дать оценку их действиям, при этом не только морально-этическую, но и юридическую, на чём сегодня публично настаивают целый ряд российских официальных лиц.

Изначально необходимо оставить за скобками гражданских активистов из числа представителей так называемой несистемной оппозиции, которые покинули страну, но при этом открыто вели деструктивную политическую деятельность и до начала СВО в том числе, находясь на тот момент ещё на территории России. Также вывести за скобки стоит и opinion makers из числа режиссёров, артистов, музыкантов и журналистов, покинувших Россию. И гражданские активисты, и opinion makers — это крайне немногочисленная группа людей, которым, как правило, удалось перебраться в США и страны Европейского союза, в то время как основная часть миграционного потока из России пришлась на страны постсоветского пространства, то есть Центральной Азии и Закавказья.

Так, на конец ноября 2022 года, согласно данным государственных учреждений стран Центральной Азии и Закавказья, а также заявлениям иностранных официальных лиц и оценкам миграционных специалистов, работающих непосредственно в этих странах, в Казахстане оставались до 100 тыс. российских граждан, в Киргизии — до 34 тыс. российских граждан, в Узбекистане — до 35 тыс. российских граждан, в Таджикистане — до 10 тыс. российских граждан, в Азербайджане — около 10 тыс. российских граждан, в Армении — около 40 тыс. российских граждан, в Грузии — около 100 тыс. российских граждан.

Как известно, в этих странах активно действуют многочисленные некоммерческие организации и фонды, прямо или косвенно аффилированные с Государственным департаментом США, но, несмотря на это, абсолютное большинство эмигрантов из России не стало движущей силой для массовых протестов, осуждающих российскую внешнюю политику.

Хроника протестной активности в тех же странах за минувший год свидетельствует, что прибывшие в эти страны россияне не были массово вовлечены в какую-либо деструктивную политическую деятельность за рубежом.

Так, в минувшем году антироссийские акции протеста, осуждающие проведение СВО, состоялись. В Казахстане в марте 2022 года прошла единственная акция протеста в формате митинга в Алма-Ате, участие приняли около 2 тыс. человек — преимущественно граждан Казахстана. В Киргизии протест ограничился одиночными пикетами у здания посольства России в феврале и июне 2022 года, участие в них приняли не более 20 человек. В Азербайджане единственная протестная акция состоялась в феврале 2022 года и была организована представителями местной украинской диаспоры, а митингующими в основном были граждане Азербайджана, участие в ней приняли около 500 человек. В Армении прошло несколько акций протеста, участие в них приняли не более 100 человек. В Грузии акции протеста проходят практически в еженедельном формате, однако на пике в них участвуют не более 700 человек.

В Узбекистане и Таджикистане антироссийских акций протеста, осуждающих проведение СВО, в 2022 году не проходило.

Таким образом, приведённые данные наводят на мысль, что эмиграция россиян в подавляющем большинстве случаев оказалась не более чем проявлением инфантилизма или консюмеризма со стороны уехавших или была продиктована личными тревогами и страхами, а не какой-либо сознательной политической позицией.

Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.

🟩 Подпишись на канал «Специально для RT»