Эстетический аспект оценивания становится этическим, поскольку мы находимся перед невозможным выбором: учитывая все вышеуказанные критерии, или выбрать один гегемонным, или с помощью таинственной формулы высчитать среднее арифметическое на основе всех критериев и всё же решиться на какую-либо оценку. Именно такие апории, невозможные кейсы и являются единственно этическими: героизм Антигоны, карамазовские сомнения или ситуация выбора Софи. Именно в растерзании противоположными максимами, в точке невозможности этики этика par excellence обретает свою возможность.

Симона Вейль в своём философском завещании "Укоренение" писала: "Никакое человеческое существо, каким бы оно ни было, ни при каких обстоятельствах не может уклониться от обязанностей, не совершив преступления, за исключением тех случаев, когда две реальные обязанности, не совместимые в действительности, вынуждают человека отказаться от одной из них. Несовершенство общественного строя определяется количеством содержащихся в нем ситуаций такого рода". При этом устранение противоречий между реальными обязанностями само нереально; это точка недостижимой +бесконечности, а не безразличный утопический ноль полной гармонии, когда волк ляжет вместе с ягнёнком.