0.

«Life imitates Art far more than Art imitates Life» — формула Оскара Уайльда, переворачивающая классическую миметическую теорию эстетики
«О Менандр и жизнь! Кто из вас кому подражал?» — предвосхищал на полторы тысячи лет ранее ту же интуицию Аристофан

Сегодня я случайно, в многомиллионной Москве, встретил в автобусе человека, чьё письмо всячески препарировал вчера в канале. Мы не виделись где-то полтора года

Первая реакция на уровне автоматизма — отвернуться. Спрятаться

Но через пару секунд я подхожу:
— Привеееееееееет!

Вначале мы протянули друг другу руку (на уровне телесного автоматизма?), а потом я говорю:
— Давай обниму тебя, — мы обнялись.

Порасспрашивали друг друга о бытовых мелочах: кто чем занимается, кто куда едет

— Ты вчера выложил моё письмо.
— Да. Как ты к этому отнёсся?
— Ну так, напрягся.
— Я тебе объясню, зачем я это сделал. Эстетическая цель этого жеста очевидна: это демонстрация работы памяти в её детравматизирующей функции посредством подмен и перевода. И да, в один из постов я намеренно инвестировал и интенсифицировал аффекты из моей тёмной части. Но это зло и злоба фиксируются, чтобы оказаться снятыми в последней части, в которой через изменённый порядок слов оригинального сообщения провозглашается благая весть о всепрощении. Так что я это сделал без злого умысла [«Ложное составляет момент истины уже не в качестве ложного» — Феноменология духа]
— Ну, это было виртуозно.

На прощание я протянул ему руку, но на сей раз это он меня обнял