Покинув импровизированный ночлег в недострое, мы освежились в море и пошли дальше пытать счастье на дороге. Доехали до Дербента -- самого древнего города РФ (5 век н. э.). Ну да, крепость... Стекли вниз с горы по его узким улочкам на мусульманское кладбище, где почтили память усопших вкушением тутовника, взрощенного на могильной земле. Потом сели на электричку за 17 рублей до Луни. Там попросили женщину на улице набрать у неё воды, она пригласила нас к себе домой чаёвничать. Подкрепившись, мы добрели до пляжа, главной достопримечательностью которого является математически возвышенный корабль-экраноплан. Наконец-то пригодились палатки, раскинули шатёр прямо тут, на песке и провалились в сон.

С утра нам (очень кстати после душной палатки) бесплатно разрешили покататься по морю с вёслами на каком-то девайсе, напоминающем огромную доску для сёрфинга. И опять -- бродяги на дороге. Остановилась машина с молодым дагестанцем, типичным трикстером, который увиливал от ответов на вопросы, много шутил и подтрунивал. Он сразу же задал нам мнемотехническую ассоциацию к его имени: Заман -- заманивать. Это не просто какая-то тупиковая виньетка на орнаменте рассказа, но чеховское ружьё, которое выстрелит в своё время.

Держали курс мы в горный посёлок Ахты. Там посетили очень специфичный местный краеведческий музей, который, кажется, почти не эволюционировал с советских времён. (Единственная улика современности -- портреты Путина и павших назгулов). А потом решили поехать на местные серные бани. Подобрали нас два хмельных экс-фсбшника, которые ещё и по дороге умудрились сделать остановку, чтобы распить водку. На берегу реки мы поставили палатки, собрали веток для костра и плели разговоры у огня. А ночью меня сильно знобило, я ворочился в бреду, а потом меня начало рвать. А сверху -- бездонное испещрённое червоточинами звёзд небо... Как было у Батая: "У меня вырывается стон, как у больного ребенка, над которым склонилась, поддерживая тазик, заботливая мать. Но нет у меня матери, а вместо тазика надо мной звездное небо".