Одной из самых сложных задач для меня было найти основной цвет сцены. Я перебрал множество оттенков, но ни один не давал нужного ощущения.
Красный оказался слишком тяжёлым и сразу отсылал к другой книге Достоевского — «Преступление и наказание».
Синий был ближе по настроению, но всё равно что-то было не так с ним…

В итоге я выбрал совершенно неожиданный для себя цвет — фиолетовый. Неожиданный потому, что раньше это был мой самый нелюбимый цвет: помню, в детстве, когда лепил из пластилина, я всегда выбрасывал фиолетовый кусочек)

Но сейчас я решил, что ответы на сложные вопросы часто лежат там, куда мы обычно не смотрим. И оказался прав — этот цвет идеально подошёл по духу картине!)