Обновление 2.0 для Wuthering Waves — гачи мира резонанса — отправляет нас в псевдовенецианскую Ринаситу, а мир гностических богов дополняется ещё двумя сущностями, находящимися посреди социально-политического противостояния реакционного культа и крупной городской буржуазии за власть в торговом городе. Регион не только красив и дышит руинами древних морских цивилизаций, но и представляет в рамках лора игры новый взгляд на взаимоотношения нечеловеческих резонансов-эхо и людей — в Ринасите становится возможным частичная автоматизация труда, так как часть работы по обеспечению инфраструктуры мира и индустрии развлечений оказывается на плечах нечеловеческих существ, перенастроенных на сожительствование, а также сосуществование целых поселений эхо, которые не нашли себе места в мире людей. Эхо тут — то ли дети, то ли зверята, разумеющие человеческий язык и повадки, но не обладающие им.

Показано, что эхо могут иметь сообщества, друзей и даже чувствовать человеческие эмоции, а некоторые боссы даже обладать речью и быть людьми в прошлом. Однако эхо могут быть взломаны, а их частоты переписаны хакерским воздействием, что возвратит их в статус врагов и «диких» резонансов, что с геймдизайнерской точки зрения даёт карт бланш на их убийство. Вообще возиться с эхо, помогать им строить ксеногостеприимное коммьюнити и летать вместе с примордиальными богами на крыльях, участвовать в сказании рыцарских легенд — это самые интересные части нового региона.

В Ринасите главная героиня вступает в конфликт между новой буржуазией-семьей Монтелли, которая стремится к тому, чтобы покончить с изоляцией региона, открыть рынки и нарастить своё влияние, и старыми семьями, поклоняющимися хтоническим богам, и Ордену, который субверсировал древнюю религию и поставил своего наместника над богом, и который выступает за запрет Карнавала и безнравственности и сотрудничает с правоакселерационистской террористической организацией Фраксидус, цель которой — ускорить наступление следующего Плача, «Истинного Плача» (Третьего Удара из Евангелиона), воскресив Тренодианцев-антибогов, будучи уверенными в том, что для достижения следующего уровня человеческой эволюции резонансы людей должны слиться с тасетными диссонансами-мутировавшими частотами.

Однако в конце сюжета, когда главные герои, диссиденты из Труппы Дураков на зарплате у крупного капитала Монтелли, достигают конца Карнавала, а демиург-героиня коммуницирует с богом региона, Орден, который уже несколько раз пытался убить протагонистку и членов семьи Монтелли, оказывается безнаказанным, утверждая, что во всём виноваты не они, богов вообще было двое, а героиня просто принимает эти ответы как должное и уходит по своим делам. Откровение о том, что богов на самом деле не один, а два, открывает гностический простор для интерпретации истории Ринаситы как результата противостояния между Демиургом и Ялдаваофом, Стражем как богом-Первоотцом совершенного духовного бытия и Тренодианцем как богом хаоса, тёмного коллективного бессознательного человечества.

Если в Вуве героиня является действительно демиургессой, а мир создан по её образу и подобию, где во всём сущем есть частица божественного, всякая материя находится в резонансе с самой собой и миром во всем своём техническом разнообразии, то такой демиург, создавая мир, постоянно ошибается, как желающая машина, работающая вечно в сломанном состоянии. Филон Александрийский приписывает функции Демиурга Логосу — творческой силе верховного Бога, содержащей в себе божественный замысел о мире и активно оформляющей материю. Материнская-матричная функция обычно приписывается божеству более высокого порядка, а демиургическая — более низкого. Поэтому отец, порождающий нечто из собственной сущности, мыслится неподвижным и самодостаточным в своём порождении, а Демиург, материализирущий матрицу — изменчивым и нуждающимся для создания своих произведений в материале и умопостигаемом образце.