Это не критика «Майамификации» Аванесяна. Книжка чудесно написана и дополнена восхитительными иллюстрациями Андреаса Тёпфера. Она представляет собой прекрасный образец дневника, который написан в состоянии ненапряжности, написан для себя в той же степени, в какой для «хайпа». Это хороший эксперимент в области письма, которым стоит вдохновляться. И «Майамификация», я полагаю, органично встраивается в корпус написанных иным образом книг философа, который всю свою философскую жизнь занимается расширением пространства, в котором эта самая жизнь проходит.
Но нам неизвестен этот контекст! У нас переведено всего две другие книги Аванесяна. Точно ли книга-хайп (причем, являющаяся в определенной степени артефактом предтрамповской эпохи, переносимым ли в сегодня?) без какого-либо издательского комментария об авторе — это то, что стоило перевести? Почему не переведена Metanoia? Или Accelerationist reader?

Вопрошание касается не только Аванесяна и не только конкретного издательства — встреча с ними просто доформировала мои мысли достаточно, чтобы все же написать их. Как будто бы мы имеем дело со странной ситуацией в современной переводческой деятельности. Переводятся популярные на Западе авторы, но переводятся их книги, рассчитанные на условно широкую аудиторию. Это те тексты, которые выходят за грань «академичности», пользуясь языком искусства, научной фантастики и автофикшена.
Из всей Донны Харауэй в последнее время переведена очень странная и очень красивая «Оставаясь со смутой» (а не, к примеру, Primate visions). Перевод «Постчеловека» Рози Брайдотти — это прекрасное событие, и можно только радоваться, что теперь тема постгуманизма знакома у нас чуть лучше, но одновременно можно расстраиваться, что другие тексты Рози неизвестны (и эти тексты, возможно, более значимы именно как тексты Рози). Классно, что у нас есть перевод «Что нам делать с нашим мозгом?» Малабу, но у нас нет переводов прекрасных и ценных для современной философии других книг. Наконец, из всех спекулятивных реалистов переводят в первую очередь Хармана, который больше всех заигрывает с миром искусства и хорошо может в пафос («Новая теория всего»). В итоге Иэн Хамильтон Грант и Рэй Брассье, очень интересные авторы, известны гораздо хуже — и в первую очередь через критический взгляд на них от того же Хармана.

Очень сложно возмущаться по этому поводу. Тем самым я себя ставлю в некоторую снобистскую позицию, как бы говоря, что нам нужны сложные разламывающие голову тексты, доступные только людям после n лет философского образования. Я, конечно же, не об этом. Но такой перекос у издательств, которые вообще занимаются переводом современной философии, несколько удручает. С одной стороны, философы, не могущие в данный момент достаточно читать не на русском, теряют доступ к современным исследованиям. С другой, то, к чему мы получаем доступ, может оказаться поверхностным (в том числе для людей вне академии), создавая неприятное впечатление поверхностности и от современной философии в принципе.

Я еще раз повторюсь, что получил огромное удовольствие от чтения текста Аванесяна. И я рекомендую его тем, кому интересны какие-то прикольные штуки про современность, но кто не очень много с ними сталкивался до этого. Да и просто всем, кто хочет почитать достаточно умный текст, необремененный необходимостью высоколобого стиля.

А еще я хочу посоветовать несколько книг, о которых мне напомнила «Майамификация» и которые раскрывают какие-то темы в ней гораздо полнее:
1) «Метафизика сегодня» — книга Аванесяна, изданная V-A-C. В ней он берет основные метафизические концепты и показывает, как эти концепты по прежнему имеют жизнь (с несколько новым наполнением) в современном мире.
2) «Эпоха надзорного капитализма» — громадная книга Шошаны Зубофф, анализирующая трансформацию капитализма и тоталитарного управления в алгоритмическом XXI веке. Аванесян пишет и о надзорном капитализме тоже. Совсем недавно переведена на русский.
3) «Изобретая будущее» Срничека и Уильямса, поскольку акселерационизм (и будущее) — важная тема для Аванесяна.