Священный маяк Нюрнберга и тень Гааги

Статья Председателя Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькина к 80-летию завершения Нюрнбергского трибунала над нацистскими преступниками

✍️ 80 лет назад — 1 октября 1946 года — Международный военный трибунал в Нюрнберге вынес приговор 24 высшим руководителям фашистской Германии.

Большинство обвиняемых были признаны виновными в тягчайших преступлениях против мира и человечности, а также в военных преступлениях. Двенадцать из них были приговорены к смертной казни через повешение, остальные — к пожизненному заключению или к длительным срокам лишения свободы.

Именно беспрецедентность нацистской идеологии и практики потребовала и беспрецедентных мер политико-правового реагирования, которые выразились в создании Нюрнбергского и Токийского трибуналов. <...>

❗️ Это был Суд Человечества над гитлеровским нацизмом — опаснейшим и масштабнейшим эксцессом идеологического, политического и военного варварства.

В Нюрнберге был воздвигнут Священный маяк с прометеевым огнем международного уголовного правосудия. Он был несовершенен, нёс на себе отпечаток ретроактивного правоприменения, но он светил — и освещал человечеству путь к идеалу универсальной справедливости. <...> Было положено начало принципиально новой миссии правосудия, когда в судебном процессе устанавливается историческая правда.

<...>

Приговор базировался на множестве множеств неопровержимых, прочно закреплённых и всесторонне исследованных доказательств. Был сформирован колоссальный архив свидетельств. Во всеуслышание прозвучал голос жертв. И в этом состоит непреходящее этическое значение Нюрнберга, явившегося одновременно и актом правосудия, и актом поминовения. <...

***

Нюрнбергский трибунал явился миру подобно Афине, рожденной из головы Зевса, — в величественном всеоружии. Четыре державы-победительницы создавали новый правопорядок на руинах поверженной государственности, вершили суд над побеждёнными.

Легальность Нюрнбергского процесса и принудительная сила его решений основывались на крахе нацистской государственности, оккупационном праве союзников, конституированном Актом о капитуляции.

Легитимность Трибунала обладала естественно-правовой природой, основываясь на общечеловеческих нравственных ценностях. В первую очередь — на справедливости. На убеждённости в том, что есть преступления, чудовищность которых попирает саму идею человечности (delicta juris gentium), и что такие преступления должны быть пресечены в любом случае.

Эта отправная точка помогла не только разрубить, не выходя за пределы правового поля, гордиев узел фашистского зла и покарать виновных в нём, но и утвердить иерархию ценностей, где право стоит выше силы, а преступления против человечности — #БезСрокаДавности. <...>

***

Нюрнберг явился возмездием Злу и обозначением правовых начал послевоенного мира. Трибунал стал молотом, обрушенным на преступное государство и его правопорядок.

☝️ Впервые в истории введены категории преступлений, ставшие альфой и омегой международного уголовного права. Статья 6 Устава (МВТ — Международного военного трибунала) установила три категории преступлений:

1. Преступления против мира (Crimes against Peace);
2. Военные преступления (War Crimes);
3. Преступления против человечности (Crimes against Humanity).

Агрессивная война была объявлена «высшим международным преступлением».

***

То, что свершилось в Нюрнберге, было воспринято мировым сообществом как восстановление справедливости из хаоса насилия и произвола. Нюрнберг стал — в глазах миллионов жертв и миллиарда наблюдателей — ритуалом, очищающим и объединяющим человечество.

В документах Трибунала человечество говорит на едином, основанном на общем цивилизационном наследии языке, неразрывно связующем мораль и право.

Наказание было неотвратимым, а зло, за которое оно воздавалось, — безусловным. Всё это создавало эффект триумфа права и морального катарсиса. Глубинный смысл Нюрнберга восходил к платоновскому пониманию наказания, постигающего преступника не по праву силы, а по силе права.

📑 Читать статью полностью

#Нюрнберг80