Воскресенье. Поговорим о Боге. Простые вопросы. Вообще, я считаю, вопросы к Богу и к религии могут быть только простые. И они, как правило, самые неудобные. Чтобы заболтать ответ на них, мы придумываем, что, дескать, это так все сложно-духовно, «непростые вопросы». Но, по крайней мере в случае христианства,  Иисус обращался к «немудрым мира сего», а не к докторам богословия, не так ли? Понятно, что мы ограниченным человеческим умом не в состоянии найти ответы на ВСЕ вопросы мироздания, постичь все глубины божественной мудрости. Но если речь идет о ПОСЛАНИИ Бога человеку, то оно предполагает вопрошание и вразумительный простой ответ на него, коль уж Бог желает, чтобы это как-то определило нашу жизнь и поведение.  

Итак. Один из таких вопросов: почему такое резкое разделение – одни в рай, в вечное блаженство, другие в ад, в вечное мучение? И третьего не дано. Первейший и главный  вопрос, правда? Спроси любого верующего, чем он озабочен прежде всего? Нет, не тем, как «возлюбить ближнего», а тем более Бога. «Что меня ждет в жизни вечной? Куда я попаду? Куда попадут мои ближние?» 

В былые жестокие времена ответ был как раз прост: вот тебе церковь, получи с рождения членский билетик в виде крещения, вот тебе список, чего нельзя делать, а если сделаешь, то не страшно, и даже еще лучше: будет что сказать на исповеди, без которой никак нельзя и не смиренно, смотри только, чтоб до смерти успеть. А если «нехристь» или помер внезапно, не успев поисповедоваться, то туда тебе и дорога. Даже младенцы некрещеные идут в ад. В обществе, построенном на сословной иерархии, где почти все зависело от того, где и кем ты родился, это было понятно и не вызывало вопросов. Если ты из «благородных» , одно будущее, если из «простых» – другое. А какой ты там человек, умный или дурак, злой или добрый, порядочный или проходимец, это дело третье. И это справедливо. Как и то, что одного барин может пригреть, а другого выпороть на конюшне просто по настроению.

Но наступил век равенства и просвещения. Человек все больше стал оцениваться по тому, кем он есть сам по себе, а не кем он родился и на что обречен. И тогда, если все равны, и Бог любит всех нас, то почему кого-то он ублажает вечным блаженством, а кого-то отправляет на вечное мучение? Ну, ладно б еще, как любящий отец,  отхлестал по попке для вразумления, но нет: мучайся теперь вечно. Похоже это даже  для большинства, ибо «много званых,  но мало избранных».  Все-таки не всех любит, кого-то избирает? Нет-нет, сейчас мы вам все объясним.