Из самого Сумеречного двора (который находится в прямом подчинении у Нёвиллета), почти что с самой верхушки, в отдел Особого Патруля заявляется одна из главных мелюзин-детективов, чтобы поинтересоваться, что это за уникум такой решил подделать отчёт за год. Когда она выходит на Паудер и узнаёт, что та работает без выходных, отчего и раскрываемость преступлений у неё за год как у других за три, мелюзина приказывает в срочном порядке взять отпуск минимум на месяц. А лучше на два. Её максимально мягкая манера речи только больше озадачивает Паудер, которая даже от Шеврёз таких длинных отпусков раньше не получала.

Паудер в полной растерянности направляется сразу в Меропид и там плачет навзрыд перед Ризли, от растерянности. Ризли её успокаивает и убеждает, что это не увольнение и ей просто надо отдохнуть, а у Паудер полное непонимание, чем вообще можно себя занять всё это время.
Сразу после выхода из тюрьмы Мондштадта она пошла работать, едва ли отдыхала, отчасти потому что у неё не было крыши над головой, отчасти и из-за своего настырного характера. Сложно ей представить жизнь без постоянных дедлайнов и графиков.

Наверное, это второй раз в жизни, когда Ризли вообще видит, чтобы она плакала. Причина выглядит несколько смешной (Паудер просто напугалась), но естественно вслух он над ней не смеётся. Говорит, что тоже возьмёт отпуск, ведь Меропид без него не падёт, — куда уж, — и после смены провожает Паудер до своих апартаментов в Фонтейне, где она уже вполне частая гостья.
Аккуратно укладывает на кровати, раздевает, переодевает в пижаму, ложится рядом и ждёт, пока она заснёт. Сложно поверить, что такую сильную бесстрашную женщину можно так легко напугать чем-то совсем обыденным... Но с Паудер всегда всё по-особенному. Ризли не жалуется.