Иногда меня спрашивают: «Ты же музыкуешь поздно — а это же может быть опасно!». Ну что же.

Полночь музыкует на прусских улицах вот уже почти ровно 10 лет — и за всё это время не было буквально ни одной ситуации с насилием либо его угрозой. С одной стороны, ночью в городе К в принципе, пожалуй, не очень опасно, а с другой, недаром же Полночь тщательно выбирает места!

Даже надо более сказать — за все эти годы лишь считаное количество раз мне выражали открытое недовольство моим музыкованием — и то, чаще в самом начале (ну конечно, тогда не было никакого усилителя, а песни пелись просто под гитару, только вообразите!). Ну, в те времена и уличных музыкант/ок было существенно меньше, можно было на Кнайпхоф даже летом когда угодно приходить и музыковать… о чём это аз есмь?

Ах да. Севечера как раз была одна госпожа, которая наконец-то возмутилась тем, что аз пою на английском. Предложила спеть Шамана — в этот момент аз понял, что это фол (excuse my French) и ко всему этому надо относиться менее серьёзно, чем аз собрался изначально. Она упомянула даже памятник Маринеско — дескать, негоже мне так себя вести рядом с этим великим местом.

К сожалению/счастью, ответа она не дождалась, но, кажется, аз всё же успел донести до неё, что так-то на другой стороне моста находится куда более интернациональная табличка в честь операции «Нормандия-Неман». Да и сам товарищ Маринеско не очень похож на породистого русского (как подсказал приятный господин неподалёку, он родился в Одессе).

А чуть позже прошли какие-то два смурных господина. Аз не слышал, о чём они до того говорили, и не совсем понял, к чему были слова одного «вколотить музыку в асфальт» — но, возможно, это было очень даже про меня. Впрочем, тут ни в какой форме диалога не вышло тем более. С их смурностью отшутиться было бы немного сложнее, однако.

Мораль токова: Полночь всегда расценивает внешний мир (в первую очередь, городские улицы) как место столкновения разных точек зрения, по умолчанию небезопасное, где бывает всякое. Также Полночь не в бункере и чувствует/в курсе повысившейся напряжённости в воздухе. Доколебаться до простого музыканта, тем более с моим скарбом, при желании не составит труда. Но аз вообще-то не терплю агрессии по отношению к себе. К тому же хорошо, когда есть поддержка — вот и той госпоже другие госпожи начали резко отвечать, защищая меня и сказав, чтобы аз её не слушал (великая благодарность им!). Как говорится, «я добрый-добрый, но если надо, могу приложиться». Не хотелось бы, конечно.

ЗЫ. Житель/ницы Росгартена, Трагхайма, Штайндамма или как вы там себя идентифицируете, на вашем Нижнем пруду в целом такая, скажем так, пролетарская атмосфера — но место-то туристическое! Если вдруг для вас такое — проблема, то сделайте что-то с этим. Не только же одними англо-германо-румыноязычными музыкованиями!

И надо всё-таки на неделе залететь на Кнайпхоф. Вот будет там похолодание и дожди — авось место освободится…