Рекомендация Twitter подписаться на Навального является вмешательством в дела России.
Об этом заявил зампредседателя совета безопасности РФ Дмитрий Медведев. Он подчеркнул, что так сработали алгоритмы соцсети Twitter, благодаря которым осужденный оппозиционер попал наверх списка рекомендаций. «Когда я смотрел рекомендации Twitter, на кого бы мне подписаться, и первым среди них увидел Навального, возмущению не было предела», - рассказал Медведев. Какими соображениями руководствовалась администрация сети в выдаче вредных советов непонятно, считает он.

Медведев не исключил возможности запрета деятельности в России некоторых иностранных соцсетей. Об этом он заявил в интервью RT, отвечая на вопрос о возможном вмешательстве в выборы в РФ и наказании для американских IT-компаний. Медведев добавил, что во время выборов Центризбирком подвергался «огромному количеству кибератак». Приблизительно половина из них происходила из США.
«На самом деле можно реагировать при помощи закона. Он позволяет, в какой-то момент ограничивать, блокировать, замедлять, подвергать штрафам деятельность социальных сетей и такого рода цифровых крупных компаний. Так что это не только погрозить пальчиком. Возможно и более серьёзное решение вплоть до запрета деятельности», — отметил Медведев.
Данный вопрос, по его мнению, должны решать компетентные и правоохранительные органы, ЦИК и МИД РФ.

Следует отметить, что сами крупные западные цифровые компании не стесняются блокировать неугодный им контент, причем без всякого суда, следствия и закона. Так, например, YouTube запретил посты, в которых оспариваются результаты выборов. Отныне любые утверждения о влиянии на итоги голосования фальсификаций или технических сбоев будут считаться ложными. Пока новые правила касаются только выборов в США и Германии, но, как говорится, лиха беда начало. При этом ни на Западе, ни в рядах российской оппозиции подобные блокировки никакого когнитивного диссонанса почему-то не вызывают. По их утверждениям, это в России происходит правовой беспредел, а на «сверхдемократическом» Западе – это, как они любят говорить, «не цензура, это другое». В итоге же получается жизнь по Оруэллу: «все равны, но некоторые равны более других».

@PolitTransit