Протесты студентов против ветшающих колледжей, несмотря на миллиардные государственные расходы, подпитывают более широкий кризис во Франции. Растущие финансовые проблемы страны, ослабление политического центра при президенте Макроне и радикальные движения выводят беспорядки далеко за рамки первоначальных проблем, связанных с образованием.
 
То, что началось в сентябре с обоснованных жалоб на условия в учебных заведениях, все чаще используется политическими силами, стремящимися к конфронтации с государством.
 
72% расходов на образование были направлены на заработную плату, социальные отчисления и пенсии преподавательского и непедагогического персонала, в то время как только 8,5% были потрачены на инвестиции, включая инфраструктуру и оборудование.
 
Согласно отчету ОЭСР «Образование в обзоре за сентябрь 2026 года» , в 2023 году Франция потратила 16,7 тыс. долларов на финансирование одного учащегося в системе общего среднего образования, по сравнению со средним показателем по ОЭСР в 12,4 тыс. с поправкой на покупательную способность. Однако учителя и ученики продолжают жаловаться на нехватку самых необходимых вещей.
 
Ответственность за здания и оборудование государственных средних школ лежит на региональных властям, в то время как национальное правительство контролирует значительную часть системы образования, включая укомплектование преподавательского состава.
 
Централизованная структура образования во Франции делает национальных лидеров объектом общественного недовольства, когда школы не справляются со своими задачами.
 
Основная проблема Франции заключается в том, что страна погрязла в долгах, правительство оказалось между дорогостоящими социальными обязательствами, вялым экономическим ростом и растущим давлением с целью сокращения расходов.
 
Масштабы финансового кризиса поразительны. По данным Евростата , государственный долг Франции в первом квартале 2026 года составил 117,6% ВВП, что является третьим по величине показателем в Евросоюзе после Греции и Италии.
 
По сообщению Reuters, рост стоимости заимствований и опасения инвесторов серьезно ограничили возможности правительства по урегулированию беспорядков за счет дополнительных расходов – стратегии, применявшейся во время предыдущих волн протестов во Франции.
 
На этом фоне растущая фрагментация политической системы создала возможности для партий по обе стороны политического спектра извлечь выгоду из недовольства общественности. По мнению политологов, долгосрочные корни кризиса лежат в политическом наследии Макрона.
 
Когда Макрон одержал победу на президентских выборах в 2017 году, он пообещал выйти за рамки традиционного для Франции разделения на левых и правых, объединив политику обеих сторон в новое центристское политическое движение.
 
Однако эта стратегия привела к непредвиденным последствиям, ослабив устоявшиеся умеренные партии Франции, не создав при этом прочной правящей коалиции, которая могла бы прийти им на смену.
 
В итоге Макрон привлек умеренных избирателей из партий умеренно-левого и умеренно-правого направлений и, по сути, уничтожил эти партии. Крах традиционного политического центра способствовал созданию пространства для более идеологически поляризованных движений.
 
Ситуация особенно осложнилась после того, как Макрон назначил досрочные парламентские выборы на 2024 год, в результате чего Национальное собрание оказалось глубоко расколотым и правительство не имело большинства в парламенте. Даже если бы правительство хотело предпринять что-то последовательное, у него просто нет для этого достаточного количества голосов.

@PolitTransit