Если задуматься, то ведь не право голоса делает из человека гражданина. Наш лейтенант был гражданином в лучшем смысле этого слова, хотя ему ни разу так и не пришлось опускать бюллетень в урну для голосования. Но он каждый раз «голосовал», идя в десант.
(Роберт Хайнлайн "Звездный десант")

В прошлом тысячелетии, когда подростки могли спокойно купить пиво в магазине и там же за специально оборудованными столиками его употребить, мы с друзьями часто социализировались с представителями старшего поколения. Столиков было мало, а поговорить за жизнь хотелось многим. Один из таких разговоров мне запомнился врезавшейся в сознание максимой. Умудрённый опытом дядька учил нас молодых: "Зашёл, вышел - морпех! Зашёл, вышел - морпех! Зашёл и не вышел - не морпех!" Для нас это звучало смешно: авторитет армии был очень низким, а атмосфера свободы 90-х намекала нам на то, что добиться признания в обществе можно множеством других способов.

В фильме "Звёздный десант", снятом по одноимённому роману Р. Хайнлайна, Пол Верховен сатирически обыгрывает эту идею гражданственности: армейская служба - это не только обряд инициации для мужчин, но и в некоторых условиях институт обретения гражданства для всех. В этом контексте мне всё более понятна стратегия авторитарных элит, направленная на управление общественным дискурсом и политикой памяти, которая сегодня во многом концентрируется именно на милитаристской маскулинности. Она становится ценностной базой для того, чтобы утвердить логику обретения гражданственности лояльными группами и лишения гражданской субъектности тех, кто элитам не симпатизирует.

Элита, ассоциирующая себя с государством, насаждает институты вовлечения в гражданство и исключения из него. Прошёл через Юнармию, участвовал в провластных форумах, поддерживаешь элиту и её повестку - гражданин. Поэтому, кстати, так важно было элите перехватить зародившийся в результате низовой самоорганизации Бессмертный полк и превратить его в подконтрольный инструмент. Критикуешь элиту, выходишь на протестные акции - не гражданин. А значит можешь потерять право на образование, правовую защиту или, вообще, получить статус "иностранного агента".

Но здесь кроется огромная опасность того, что такие действия породят аналогичное противодействие. Раскол в обществе может привести к постановке антиэлитными группами другой формулы: он был гражданином в лучшем смысле этого слова, хотя ему ни разу так и не пришлось опускать бюллетень в урну для голосования на свободных выборах. Но он каждый раз «голосовал», идя на митинг и защищая свои права. И вот этот феномен уже, на мой взгляд, может быть объектом исследования в современном российском обществе.