Деньги и песец опубликовали ещё один пост, посвящённый пониманию природы революций, где отмечают, что пока так и не сложилась стройная методология их прогнозирования. Действительно, эта тематика уже давно разрабатывается в социальных науках, и работы К. Маркса, П. Сорокина, Ч. Тилли подробно изучаются студентами в рамках теоретических курсов. Но что происходит на мезо- и микроуровне, да ещё и в современном сложном и динамичном мире, далеко не всегда можно объяснить, а тем более предсказать. Коллеги акцентируют внимание на идее, предложенной экономистом Т. Кураном (1). Однако эвристический и объяснительный потенциал такого подхода, несмотря на его вполне логичное обоснование, остаётся неясным. И хотя Т. Куран предлагает объяснительную модель (2), я лишь в общих чертах представляю дизайн эмпирического исследования, который может быть предложен для прогнозирования революционных событий в этой методологической рамке. Да и сам автор отмечает целый ряд ограничений своей модели.

Что касается происходящего в Беларуси, то это, кстати, было вполне предсказуемо. Правда, спрогнозировать такой сценарий стало возможно лишь с началом избирательной кампании. И вот в этом как раз и кроется сложность. Прогностические возможности политологии в этом смысле довольно ограничены. Например, сейчас можно с уверенностью утверждать, что российский авторитарный режим достаточно устойчив. Если ему что-то и угрожает в обозримой (но точно не ближайшей) перспективе, то это не народный бунт, а дворцовый переворот. Но когда это случится, спрогнозировать не может никто, так как уловить какие-то сигналы мы сможем в лучшем случае в начале активной фазы революционных событий.

В этом отношении есть заслуживающая внимания статья "On revolutions" (3). В ней авторы апробируют метод, позволяющий ретроспективно фиксировать революции. Причём не только социально-политические, но и, к примеру, технологические и культурные. Отталкиваясь от определения, что революции заключаются в резких локализованных изменениях, которые оставляют статистические "следы", они формулируют "революционный детектор", выявляющий такие изменения во временных рядах с помощью непараметрического точного теста (non-parametric permutation test). Для идентификации "следов" используется метод Foote novelty, разработанный для определения резких изменений в обработке сигналов. Авторы тестируют метод не только на трёх волнах демократизации по С. Хантингтону, используя набор данных V-Dem, но и обнаруживают три "революции" в американской поп-музыке, или "революции" в популярности женских имён в США.

Хорошо, с ретроспективным анализом всё ясно, но как быть с прогнозами? Здесь есть большое поле для дальнейшей работы. Предположим, что существуют триггеры революций, которые кроются в политических ценностях, экономической ситуации, режимных характеристиках или эффективности государственных институтов. Есть хорошие наборы данных, устоявшиеся в социальных науках, которые описывают эти аспекты. Если эти предикторы операционализировать в соответствии с описанной выше теоретической рамкой, полагаю, можно построить и работающую объяснительную модель. Но это задача для большой команды и финансирования на уровне, как минимум, гранта РНФ.

(1) Kuran, T. (1989). Sparks and prairie fires: A theory of unanticipated political revolution. Public Choice 61, 41–74 . DOI: 10.1007/BF00116762
(2) Kuran, T. (1995). The Inevitability of Future Revolutionary Surprises. American Journal of Sociology, 100(6), 1528-1551.
(3) Leroi, A.M., Lambert, B., Mauch, M. et al. (2020) On revolutions. Palgrave Commun 6, 4. DOI: 10.1057/s41599-019-0371-1