Авторитарный джендервошинг и преемственность власти

Очень интересный сюжет из Никарагуа — там правящий с 2007 года автократ Даниэль Ортега провернул, пожалуй, первый столь необычный в истории способ продления собственных полномочий и передачи власти близкому лицу. Конгресс страны одобрил поправки в конституцию, согласно которым должность президента разделяется на двух со-председателей, которые обязательно должны представлять два разных пола. По счастливому совпадению, нынешний вице-президент страны — Росарио Мурильо, жена Даниэля Ортеги. Кроме того, Конгресс поддержал продление президентских полномочий до 2028 года, что на год больше, чем позволяли старые конституционные правила.

Этот случай демонстрирует сразу два интересных явления, характерных для современных авторитарных режимов.

С одной стороны, это очевидный пример авторитарного джендервошинга (autocratic genderwashing) — использования повестки гендерного равенства авторитарными режимами в собственных интересах. Если вы думаете, что такие практики, как, например, введение гендерных квот для легислатур, партий или госструктур — это повестка лишь западных либеральных демократий, то вы сильно ошибаетесь. Так, многие развивающиеся страны, в большинстве своем авторитарные, давно перегнали западные по представленности женщин в парламентах — в том числе благодаря квотам. Зачем они это делают? Во-первых, чтобы укрепить свою поддержку внутри страны со стороны групп, поддерживающих расширение возможностей для женщин, во-вторых, для придания дополнительной внешней легитимности — показать прогрессивность режима иностранным партнерам.

С другой стороны, этот пример снова демонстрирует главную уязвимость персоналистских электоральных авторитарных режимов — отсутствие четких правил передачи власти. Поэтому тот же Ортега меняет конституцию Никарагуа таким образом, чтобы формализовать передачу президентских полномочий своей жене, сохраняя преемственность власти внутри одной семьи. Многие другие персоналистские автократы зачастую не прибегают к таким шагам по формализации особого положения преемника, поскольку боятся слишком заранее его усиливать (чем это может закончиться — см. случай Назарбаева-Токаева в Казахстане). Но здесь-то дело семейное!