Одна из популярных тем среди политологов, специализирующиеся на постсоветском пространстве, это исследование влияния советского, авторитарного наследия на политическое поведение людей в наше время и их социальное положение.
Так, известно, что во многих посткоммунистических странах членство в правящей партии в прошлом ассоциируется с более высоким социальным статусом: доступом к образованию, связям, карьерным возможностям, материальными благами, политической властью. А опыт участия в советских выборах или членства в партии — с более высокой явкой уже на постсоветских голосованиях. Почему так происходит? Несмотря на крах коммунистических режимов в конце 1980-х и начале 1990-х, накопленный социальный капитал, привычки и ценности не растворились в вакууме. Политический статус и связанные с ним нормы поведения передаются внутри постсоветских семей и формируют политическое поведение следующего поколения.
Этому явлению посвящено новое исследование "Political reproduction in Russia: parental communist party membership and offspring voting behaviour" (2026), вышедшее в Post-Soviet Affairs. Ее автор взяла данные Russia Longitudinal Monitoring Survey (RLMS-HSE), одну из главных долгосрочных баз опросов по российскому населению. Из всех респондентов были выбраны те, которым было 18 лет или меньше в момент распада СССР — то есть людей, которые не могли успеть стать членами КПСС, данные по их участию в российских выборах 2000, 2003, 2004 годов, социально-демографические характеристики, а также информацию о членстве их родителей в КПСС и том, пережила ли их семья экономические потрясения в 1990-е: увольнение или серьезное сокращение зарплаты.
Что удалось выяснить:
— Советская партийная принадлежность родителей коррелирует с более высокой вероятностью участия детей в постсоветских выборах: разница между группами (чьи родители состояли или не состояли в КПСС) составляет 9 п.п.
— После добавления демографических и социально-экономических факторов разница между группами уменьшается, но не исчезает и составляет 6-7 п.п. То есть различия в голосовании нельзя объяснить только различиями в социально-экономическом положении семей: после учета этих факторов связь между членством родителей в КПСС и участием детей в выборах сохраняется.
— Связь особенно заметна среди семей, не переживших экономический шок: после потери работы или резкого сокращения зарплаты разрыв между детьми членов КПСС и детьми не состоявших в партии становится значительно меньше и в отдельных моделях статистически не значим.
О чем это говорит:
Коммунистическое прошлое семьи действительно связано с электоральным поведением потомков: дети членов КПСС действительно в среднем активнее участвуют в российских выборах, чем потомки беспартийных граждан. Вероятно, этот эффект может снижаться под давлением экономических шоков 1990-х. Все это может быть связано с целым набором причин: как семейной политической социализации и передачи потомкам определенных ценностей (отношения к выборам как к ритуалу выражения уважения государства), так и с сохранением высокого социального статуса относительно других граждан, связанных с партийным статусом. При этом автор проверяет в отдельных моделях уровень доверия к государству и показывает, что оно само по себе не объясняет обнаруженную связь.