Это некрасиво и безвкусно,— Дмитрий Бамберг, 2010
Наш рэп — дегенеративное искусство
Мы с вашим партийным курсом не согласны,
Лучше быть за спид, наркотики и педерастов
Прошло 15 лет, и ничего не изменилось. В Лондоне по прежнему дожди, а Дмитрий Бамберг не соглашается с партийным курсом на снятие цензурных ограничений (раз, два, три), употребляет, болеет и поздравляет сотрудников центра «Э» с профессиональными праздниками, призывая "братьев" работать.
Ну и слава богам, что мы с ним не в одной лодке.
Ведь Поэт, если он не дегенерат, принципиально не может выступать против свободы слова. Это чуждо его природе, а в случае с поэтарием — противоречит его классовым интересам.
Поэт, философ, учёный, честно подходящие к работе с языком — знают, что никогда не знают, куда их приведёт добросовестное исследование. Свобода высказываний — буквально единственная область, где концепция "занавеса неведения" буржуазного теоретика-дегенерата Джона Роулза оказывается релевантной. Незнание итогов творческого и исследовательского процесса — залог его существования.
Цензурные ограничения — есть один из инструментов крупного капитала для монополизации рынка знака. Неспособный к найму дорогостоящих юридических команд и пользованию админресурсом малый производитель знака вынужден продавать свою рабочую силу промышленникам (академиям, продюссерским центрам, традиционным конфессиональным структурам), становясь поэтарием.
Также следует отметить, что по-настоящему новая идея никогда не может быть одобрена современниками или предсказана заранее. Межпоколенческий конфликт раз за разом продуцирует обсуждения в духе: "мы ожидали, что наш ребёнок будет бунтовать, ведь и мы бунтовали, но кто мог подумать, что он будет бунтовать иначе!". Такого же рода высказывания можно встретить и в творческой, и в академической среде. Природу межпоколенческого конфликта в последней исследовал Поль Фейерабент, продемонстрировав, что научная картина мира изменяется не в результате консенсуса, а в результате физической смерти никогда не готового к новому поколения академиков.
— Но ведь я могу просто не говорить запрещённых вещей, делов-то! — воскликнет читатель, но я позволю себе ему возразить.
Тупорылое ты уёбище, если бы в твои куриные мозги хоть раз пришла оригинальная мысль — ты бы в мгновение прочувствовал степень мук Человека, лишённого свободы высказываний. Мук, которые сподвигали людей к борьбе, обречённой на верную гибель. Борьбе за нашу и вашу свободу.
Ни поэт, ни поэтарий не могут поддерживать цензурных ограничений, остальным же предстоит либо принять справедливые требования диктатуры создающего класса, либо быть подвергнутыми онтологической анафеме. И никакой солидарности с врагами прекрасного — даже перед лицом смерти.
Жандарм — фонарь!
Товарищ 101
👮♂️ Поэтарка | Редакция