Импортозамещение по-продуктовому: кейс «Мира»

Импортозамещение у нас принято ругать, и чаще всего заслуженно. Но один пример стоит разобрать отдельно - НСПК и платёжная система «Мир», потому что там сработал нормальный продуктовый подход.

Начнем с работы, на которую пользователь нанимает платёжную карту-JTBD тут простой: «дай мне оплатить покупку здесь и сейчас, желательно телефоном, желательно с кэшбэком», национальность эмитента в формулировку не входит. Пользователю вообще все равно, Visa у него, Mastercard или «Мир», пока работа выполняется.

В 2015 году появилась платежная система «Мир» в ответ на ввод санкций на парочку банков и остановку обслуживания их карт в Visa и Mastercard.

Но Visa и Mastercard из страны не выгнали - они работали ещё восемь лет. «Мир» рос на том же рынке, что и они.

Это и есть продуктовый подход. Ты не можешь сказать клиенту «бери что дают». Тебе надо конкурировать за его выбор каждый день: по кэшбэку, по скорости, по удобству оплаты телефоном.

К июлю 2021 года «Мир» дорос до того, что Apple пустила его в Apple Pay. За семь месяцев до СВО. Apple это сделала не из любви к российским финтехам, а потому что аудитория «Мира» стала коммерчески интересной.

А теперь то, чем нас пугали. В марте 2022-го Visa и Mastercard ушли из России: карты перестали работать за границей, новые не выпускались, но внутри страны никто ничего не заметил.

Вот это и есть настоящий результат импортозамещения. Если продукт делают в рынке, где пользователь может уйти к конкуренту, - получается «Мир». Если конкурента сначала выгоняют, а потом объявляют отечественное решение лучшим, то получится Max.

Японский продакт