Очень верно подмечено: баллистические ракеты перестали говорить сами за себя — приходится их запускать по территории противника, потому что недостаточно самого факта, что эти ракеты стоят на вооружении. Как мы к этому пришли? Ведь ассоциативный ряд к словосочетанию «баллистическая ракета» не оставляет выбора, быть или не быть? Тогда в чем дело? Почему сегодня о пусках таких ракет рассуждают, как о перестрелке на городской окраине?
Мы не эксперты, конечно. Но есть версия, что все дело — в естественном уходе поколения ветеранов войны. Во время Карибского кризиса все помнили войну и ее последствия — жертвы и разрушения. С Хиросимы прошло чуть больше 15 лет. Общество понимало, что применение таких ракет — это 3-я мировая с коллективной Хиросимой для всех.
Сегодня повестка в руках поколения, которое про ту войну что-то слышала. Многие знают по игрушкам типа Battlefield и Call of Duty. Реально в головах широких масс людей какое-то больное восприятие ракетного удара сформировалось, вроде того, что «можно вот туда бахнуть и туда бахнуть, а потом к нам на поклон с извинениями прибегут и попросят мира».
Баллистические ракеты в представлении современных поколений — обычное оружие, которым можно бряцать также легко и непринужденно, как наганом в кабуре.
Это, мягко говоря, страшно. Потому что люди, думающие таким образом, глубоко заблуждаются. Думают, что это типа компьютерной игрушки — постреляли, сохранились, победили, проиграли, пошли на кухню пить чай. Но так не бывает в реальной жизни, когда пошел разговор языком баллистических ракет.