«■■■И■Т Б■■ДЕ■»

Эллиот заметно притих, и это не могли не заметить ни Матушка, ни Отец. Если так пойдёт и дальше, можно было ожидать худшего. Спокойный сон покинул маленького мальчика, как бы он ни старался. Плохое предчувствие окончательно измучило его, отчего он пролежал в постели до самого утра с открытыми глазами, уставившись в потолок. А после встал, чтобы умыться и собраться в школу, нужно было выйти вовремя.

С того дня прошло непонятно сколько времени. Возможно, Эллиот просто перенервничал, заметив изменения в отношениях родителей, но это уже в прошлом. Всё снова стало хорошо. Между Матушкой и Отцом больше не было того холода, что веял от них раньше. И дома перестало быть тускло и серо, Эллиот стал спать спокойнее.

Матушка проводила время с Элли. Они, конечно же, снова вместе делали уроки или готовили. Отец редко брал отгулы, но тоже проводил с ними время. Пока однажды за ужином Матушка не взяла руку сына, нежно поглаживая, а затем и руку отца.

— «Что это значит?» – Эллиота это заставило вздрогнуть и отвлечься от трапезы, только в мыслях раздумывал и молчал, но все же он прервал тишину.

— Мама? — неловко улыбнулся мальчишка. Хотя, может, всё не так уж и плохо, да?

— Дорогой, у меня хорошая новость, только не пугайся, хорошо? Знаю... Это очень неожиданно для тебя. — приятный тон матери и волнение в её голосе. Элли поднял свои голубые глазки, глядя в такие же голубые глаза, с красивыми длинными ресницами.

— Пугаться? — успел только спросить он, как его перебил отец.

— Мама беременна, — твёрже сказал отец, надеясь, что этот серьёзный тон даст сыну нормальный ответ.

—...? — Эллиот нервно сглотнул, медленно убирая свою руку. Что это значит?

— Элли, дорогой... У тебя будет младший брат или, может, сестра, — не дав сыну уйти, возможно, отец просто подобрал не тот тон и тоже был взволнован?

Что нужно почувствовать, чтобы понять хоть что-то из своих эмоций... Хорошо? Плохо? Расстроен ли он, или ему это не в радость? Ещё один ребёнок? Ура, он больше не один, или... О нет, он больше не нужен родителям.

Но мальчишка только поднял взгляд и посмотрел на Отца с Матерью... Что сказать? Нельзя подавать виду, что это что-то ужасное, хотя это ведь не ужасно. Но... эта давящая тишина, ощущение, что он слышал своё сердцебиение. Такое маленькое сердечко и такое шумное, хотелось даже звук убавить, да глупая мысль.

— А... Ну... Это круто? — Он положил столовые приборы и опустил взгляд на еду. Аппетит пропал.

— Дорогой, если ты боишься, что мы тебя разлюбим, то это не так, правда. Мы будем любить вас обоих одинаково, какими бы вы ни были, — мягкая улыбка матери, казалось, успокаивала, а рука нежно гладила по голове. Но Элли встал из-за стола.

— Мне надо сделать уроки, я... Я объелся! Спасибо большое за еду, очень вкусно. — кратко и точно, а после побежал в свою комнату.

Этот вечер Эллиоту запомнился надолго, ведь это было начало всего, о чём он жалеет.

Отец же сказал, что сыну нужно время, а Матушка лишь вздыхала. Что это за чувство было? Он не мог себе это объяснить, но слёзы хлынули, когда он сидел за тетрадями. Не хотелось заниматься учёбой, вдруг тетрадь испачкает... Так было страшно, ведь это внезапный страх быть ненужным и попытка принять эту новость.

— Веду себя как дурак... Зачем я ушёл... — шмыгнул он, вытирая слёзы рукавами, а голос дрожал из-за неуверенности. Как же его тревожило это всё, вся эта новость и, и вообще... Не надо разочаровывать родителей, надо показать Матушке, что всё хорошо и он поддержит... Но потом будет ли она проводить с ним время? А если нет, а если он правда станет ненужным. А если... Если... Если и тысяча мыслей. Эллиот и не заметил, как он уснул в постели, вымотанный своими же эмоциями.

«...»

Чувство ненужности как ком в горле, ни слова не скажет о том, что думает. Утром Эллиот встаёт, собираясь в школу, но не включает свет в ванной, лишь стоит в тёмной комнате, глядя в зеркало и чистя зубы, думая лишь о том, что ему нужно скрывать свою неуверенность перед матерью. Не давать ей повода для грусти.