16 лет налогу на болванки

14.10.2010 Правительство РФ, возглавляемое на тот момент Путиным, издало постановление № 829, позволившее Российскому союзу правообладателей (РСП) собирать вознаграждение за частное копирование аудио- и видеопроизведений. Механизм обосновывали необходимостью компенсировать правообладателям копирование произведений в личных целях. На практике он превратился в побор с производителей и импортёров широкого перечня оборудования и носителей информации, ставка для которых в предусмотренных перечнем случаях составляет 1%.

Обычно этот побор называют «налогом на болванки». Он действует уже 16 лет, а его масштаб давно вышел за пределы компакт-дисков: речь идёт в том числе о компьютерной технике и цифровых носителях. Платёж не зависит от того, копирует ли конкретный пользователь защищённые произведения и использует ли устройство для этого вообще. Также он не зависит, отечественный ли это производитель. В итоге механизм частного копирования оплачивает весь рынок соответствующего оборудования, а расходы перекладываются на покупателей.

За этой системой стоят миллиарды рублей. Согласно официальным сведениям Национального фонда поддержки правообладателей, в 2025 году РСП перечислил фонду около 1,515 млрд рублей. Сам фонд отчитывается о расходовании средств на культурные проекты, поддержку организаций, образовательные программы и другие направления. Но наличие таких программ само по себе не снимает вопросов о целесообразности самого сбора, прозрачности всей системы и том, насколько она соответствует интересам общества.

Напомним, что Пиратская партия России с самого начала выступала против этого побора: в 2010 году мы проводили митинги, в 2016 году поддержали законопроект ЛДПР об отмене сбора, а в 2022 году направили в профильные федеральные министерства и основные политические партии список экстренных мер государства, направленных на поддержание жизнедеятельности граждан Российской Федерации, включая отмену этого побора.

Шестнадцать лет спустя механизм продолжает действовать. Мы по-прежнему выступаем за его отмену и за реформу авторского права, которая защищает интересы авторов, не превращая каждого покупателя цифровой техники в плательщика за гипотетическое нарушение даже не так называемым правообладателям, а параллельной организации.