ОДКБ в поисках новой роли: парламентское заседание в Москве на фоне замороженного участия Армении и растущей конкуренции с «тюркским контуром»

20 апреля 2026 года в Москве прошло заседание Совета Парламентской ассамблеи Организации Договора о коллективной безопасности (ПА ОДКБ). Встречу провёл председатель ПА ОДКБ, спикер Госдумы Вячеслав Володин. В работе приняли участие парламентские делегации Беларуси, Казахстана, Кыргызстана и Таджикистана. Армения, как и в предыдущие годы, отсутствовала — её участие в организации остаётся замороженным.

С докладами выступили генеральный секретарь ОДКБ Таалатбек Масадыков (Кыргызстан) и министр иностранных дел России Сергей Лавров. Лавров подробно рассказал о приоритетах российского председательства в ОДКБ в 2026 году, которое проходит под девизом «Коллективная безопасность в многополярном мире: единая цель, общая ответственность». Основной акцент — на гармонизации национального законодательства стран-членов, разработке модельных актов (в новой программе на 2026–2030 годы запланировано около 45 документов), усилении координации внешней политики, военных аспектов (включая авиацию и системы ПВО) и совместных мерах реагирования на угрозы.

Участники обсудили растущую напряжённость в мире, риски распространения кризиса с Ближнего Востока на постсоветское пространство, сохраняющиеся угрозы со стороны Афганистана, терроризм, киберпреступность и другие вызовы. По итогам заседания принято Заявление Совета ПА ОДКБ в связи с 20-летием ассамблеи. В документе подчёркивается роль парламентского взаимодействия в укреплении коллективной безопасности, борьбе с общими угрозами, развитии интеграционных процессов, а также приверженность принципам невмешательства во внутренние дела и политико-дипломатическому урегулированию конфликтов.

На первый взгляд, мероприятие выглядит рутинным: юбилейные декларации, планы гармонизации законов и укрепление межпарламентских связей. Однако контекст делает его симптоматичным для более глубоких процессов трансформации ОДКБ.

Во-первых, организация явно пытается компенсировать ослабление военно-политической составляющей усилением парламентско-правовой и институциональной работы. Пока Армения под руководством Никола Пашиняна официально подтверждает, что членство заморожено и возвращаться к активной деятельности Ереван не планирует (это зафиксировано даже в предвыборной программе правящей партии), остальные члены ищут новые форматы взаимодействия. Россия как председатель 2026 года делает ставку на то, чтобы превратить ОДКБ в более гибкую и «всепогодную» структуру, способную работать в условиях многополярности.

Во-вторых, заметна растущая конкуренция со стороны альтернативных проектов. Турция последовательно продвигает военно-политическое измерение Организации тюркских государств и двусторонние связи с центральноазиатскими странами. Казахстан, несмотря на участие в московском заседании, параллельно ратифицировал соглашения о военном транзите турецких грузов, углубляет сотрудничество в сфере дронов и обороны с Анкарой. Кыргызстан также активно работает с турецкой стороной. В Астане и Бишкеке всё чаще говорят о диверсификации и «многовекторности», где ОДКБ остаётся одним из инструментов, но уже не единственным и не всегда главным.

В-третьих, меняется сама природа угроз. Классические сценарии коллективной обороны (внешняя агрессия против одного из членов) уходят на второй план по сравнению с гибридными вызовами: миграция, наркотрафик, радикализация, кибератаки и экономическая нестабильность. В этих условиях парламентская ассамблея становится удобной площадкой для выработки общих подходов без необходимости немедленных жёстких военных обязательств.

Для Казахстана, как ключевого центральноазиатского игрока, нынешняя встреча — это ещё один сигнал балансирования. С одной стороны, Астана продолжает участвовать в работе ОДКБ, поддерживая институциональную преемственность и координацию. С другой — прагматично развивает параллельные треки с Турцией, Китаем и другими партнёрами, особенно в логистике («Срединный коридор»), энергетике и оборонных технологиях.