А теперь расскажем о том, почему Линча вообще позвали снимать «Дюну».

Есть отличное интервью Линча, где его спрашивают о первых фильмах, в нём же есть вставка с интервью Мэла Брукса, который был исполнительным продюсером «Человека-Слона», по сути, первого крупного фильма Линча. Сам Брукс попросил «задвинуть» своё имя в титрах подальше, т.к. оно ассоциировалось с комедийной деятельностью Брукса, но сам он был ответственен за продвижение Линча в первую очередь. В интервью он оправдывается так, будто пытается себя обелить перед своими братьями, и говорит открыто: «What I saw in Eraserhead was symbolism that was not murky, symbolism that was clear that baby was a monster [что это вообще должно значить в рамках общепринятых интерпретаций?], I saw everything he wanted to say surrealistically and symbolically… This guy will be a great filmmaker and I’m gonna grab him first and he’s going to direct this script, The Elephant Man». То есть, он увидел грубый левый масонский символизм, в котором новорожденный «ребёнок» является чудовищем, которое ритуально умерщвляется в конце, и дал ему сценарий, где, по сути, происходит то же самое: урод и калека Джон Мэрик убивает себя в конце фильма.

Теперь буквально пару слов о самом Бруксе, и о том, как так вышло, что комик и клоун разбирался в таких теологических тонкостях. Странное началось с молодости: Брукс был щуплым еврейским пареньком с ростом в 152 см., которого подтравливали в школе из-за его комплекции. И вдруг в 40-х годах его берут в элитный Virginia Military Institute (выпускником которого, например, был Джордж Маршалл), который был жёстко сегрегированным закрытым клубом «джентльменов-военных» американского Юга, католиков и евреев там недолюбливали, список еврейских фамилий среди выпускников в 40-е года – максимум - одна-две на курс, в основном дети крупных бизнесменов. Попасть в такое заведение с такими данными без чьей-то рекомендации на тот момент было невозможно. Ещё до войны он завёл правильные знакомства в сфере развлечений, после войны – стал членом развлекательной организации для военных при Special Services США (американский КВН для военных). Затем – снимал и продюсировал комедии. Ну а кто в Америке заведует клоунадой и сферой развлечений для широких масс в принципе (отметим тут, включая «Лунную эпопею»)? Правильно, шрайнеры. И, конечно, он был частью этой среды: с известным шрайнером Джоном Вейном (фото №1) он работал над совместным проектом, частью этого же мильё были: Мэл Бланк (который озвучивал Багса Банни, полюбуйтесь, к слову, как его братья чествовали посмертно, фото №2), Ред Скелтон (на фото №3 – он с Уэйном, обратите внимание на символическую преемственность приколов с глазами, фото №4), и Ричард Прайор, с которым Брукс вместе писал сценарий к Blazing Saddles (фото №5, Прайор – справа). Напомним тут, что в шрайнеры до 2000 года брали только по достижении 32-го градуса ДПШУ, поэтому маленькие животные в картонных коробках возникают в «Человеке-Слоне» не случайно.

Продолжение - ниже. ⬇️