.・°𝓗 𝘦'𝘴 𝘨𝘰𝘯𝘦...

Channel name was changed to «.・°𝓗 𝘦'𝘴 𝘨𝘰𝘯𝘦...»

　　　　　.・゜・⋆✦⋆・゜・.
　Этот день настал. Я долго не верила, предпочитая считать, что это обычная бумажная работа. Но вот выбор гроба: с размахом, чёрный лакированный дуб снаружи, красный бархат внутри. Раз сгниëт, то пусть сгниëт красиво, как всегда хотел.
Выполнение последней воли, выбор и выкупка места захоронения, благоустройство.
А теперь и похороны.
　Мистер Кобблпот решил оставить их открытыми, любой желающий может придти в любой момент.
Это желание мне не ясно, но в нём есть характер босса, так что вопросов не остаётся. Может, ему было интересно, кто придёт, а кто и пальцем не пошевелит? Всегда в центре внимания, даже после смерти.
　К сожалению, с последствиями такого странного предсмертного желания придется мирится именно мне. Терпеть всех тех, кто плевать хотел на мистера Кобблпота, и уж точно без раздумий плюнет в могилу.
　Не впервой мне терпеть результаты его прихотей.
　　　　　.・゜・⋆✦⋆・゜・.

𝘙𝘰𝘭𝘦 𝘱𝘭𝘢𝘺
　　　　　.・゜・⋆✦⋆・゜・.
　Ледяные коридоры Айсберг Лаундж никогда не были приветливы к кому-либо, кроме своего хозяина. Теперь, с его кончиной, они совсем потеряли былую красоту и отблеск, сохранив за собой лишь убийственный холод.
Или, может, только Ларк так казалось.
　Кабинет Пингвина всегда оставался одинаковым на протяжении многих лет. Это качество он не растерял и сейчас, хоть технически уже и не являлся собственностью покойника. Осознание этого всё ещё трудно давалось Ларк. Важные бумаги и бухгалтерия какое-то время оставались нетронутыми, поскольку она не позволяла себе лезть не в своё дело. Но теперь это было её делом.
　Стоя над столом, телохранитель что-то усердно выписывала, сверяясь с документами перед ней.

– В жизни не поверю, что тебе удобно.

　Знакомый скрипучий голос донëсся со стороны дивана. Освальд, закинув ногу на ногу, посмеиваясь, наблюдал за Ларк.

– Не посмею занять ваше место.

　Спокойно отвечает она. Это был Готэм, наверное, каждый здесь был немного сумасшедшим, так что разговоры с мёртвыми были чем-то вроде нормы.

– Я мёртв. Теперь все хотят занять моё место.

　С излишним спокойствием напоминает он.

– Боже, на кого я город оставил. Эти психи же разорвут его...

　Искреннее переживание и последующая напускная злость отражаются на его лице. Мертвец, уверенный в своих правах на город – до больного смешно.

– ...Сэр. Можно вопрос?

　Замирает у стола Ларк, не смея пошевелиться. Голова опущена, ей не хочется видеть галлюцинации.

– Ты думаешь в моём положении я могу отказать?

　В свойственной Кобблпоту манере, он вальяжно располагается на диване, закидывая ноги прямо на обивку. Не то чтобы это как-то отразилось на мебели, но оставалось важным напоминанием чьё это место.

– Мне просто не идёт в голову... Как это вообще случилось? Вы казались... Бессмертным. Это так глупо, но я почему-то была уверена, что умру гораздо раньше вас.
Наверное, я просто хочу спросить: как это принять? Конец всего смысла моей жизни...

　Она наконец-то находит силы поднять голову, чтобы встретиться взглядами. Вместо этого её встречает лишь бархатная обивка дивана и зонт у его ножек.
Как всегда, он оставил ей самую тяжёлую работу, предварительно поиздевавшись.

– Ларк? Ты с кем там? У нас важный посетитель?

　Глухим эхом отдаётся звонкий голос Джей.
Взгляд Ларк падает на фотографию на столе – Освальд на открытии Айсберга.

– Просто говорю по телефону.

　Рука тянется к фоторамке, чтобы перевернуть её лицом вниз.
　　　　　.・゜・⋆✦⋆・゜・.

　　　　　.・゜・⋆✦⋆・゜・.

　　　　　 　 Заметки.　　　　　　

　Не могу сказать, что моя жизнь хоть когда-то была "обычной". Подростковое побирание на улицах, юношеская работа на криминального авторитета, нынешняя жизнь в том же направлении, но с большей опасностью. Я привыкла к нестабильности.
Но сейчас... Пожалуй новый уровень ответственности для меня. Полная самостоятельность по вопросам, о которых я ничего не ведаю, но должна исполнить в лучшем виде. Просто не позволю себе иначе.
　Можно было бы сказать, что жизнь осталась прежней: ежедневный подъëм в пять утра, тренировки утром и вечером, работа в Айсберг Лаундж. Вот только больше нет той фигуры за спиной, к которой я привыкла и с которой жила столько лет. Странно так.
　　　　　.・゜・⋆✦⋆・゜・.
　Завещание далось мне тяжело. Не как обычному работнику, что за тупость?!
Но на самом деле, я не удивлена. Он не оставил ни цента собственным детям, а все деньги перевёл в птичий приют и готэмскому зоопарку на содержание пингвинов с пометкой "назвать в честь меня". Узнаю сукина сына.
Он точно знал, кто будет заниматься всеми его бумагами, от чего складывается ощущение, будто он опять говорит со мной. Это напоминание помогает не предаваться ложной ностальгии.
　Впереди похороны. Так странно, что оба Кобблпота умерли в этом году. Готэм никогда не примет эту фамилию, хах?
　　　　　.・゜・⋆✦⋆・゜・.

　　　　　.・゜・⋆✦⋆・゜・.

　　　　　 　 Заметки.　　　　　　　　

　Просто не верится. Я не справилась с тем, к чему готовилась всю жизнь. Сколько я работала на него? Лет 15 уж точно... Блять, я так разочарованна.
А может я просто скорблю?
　Предстоит много работы.

Разобраться с завещанием
Организовать похороны
Найти наследника(ов)
Найти цель на жизнь?

　　　　　.・゜・⋆✦⋆・゜・.
　 Место преступления оцепили, ввалился какой-то детектив. Ни имени, ни удостоверения, будто я должна довериться ему просто так.
Ненавижу копов, а этот ещё и допытывает, строит из себя Шерлока. Руки на груди сжимаются до треска кожаных перчаток.

– Я должна была отвезти его в мэрию.

　Взгляд мечется по месту преступления, не хочу на него смотреть, не так уж и много улик. Но пистолет... Он не выходит у меня из головы.

– Точно не суицид. Даже не думайте сфабриковать улики, лишь бы поскорее избавиться от дела.

　Я знаю таких, как он. Задницу собственную не поднимет, но труп спишет. Я буду настаивать на участии в деле.
　　　　　.・゜・⋆✦⋆・゜・.

　　　　　.・゜・⋆✦⋆・゜・.
　Количество радостных постов напрягает. Хотя понимаю, что это не безосновательно...
　　　　　.・゜・⋆✦⋆・゜・.

Channel name was changed to «.・°𝓗 𝘦'𝘴 𝘨𝘰𝘯𝘦...»

　　　　　.・゜・⋆✦⋆・゜・.
　Здравствуйте, пишет Ларк Бëрд. Я вынуждена сообщить вам, что Освальд Кобблпот найден мёртвым в своëм поместье. Дело уже передано полиции.
К сожалению, это не шутка.
　До связи.
　　　　　.・゜・⋆✦⋆・゜・.

𝘙𝘰𝘭𝘦 𝘱𝘭𝘢𝘺
　　　　　.・゜・⋆✦⋆・゜・.
　Кобблпот задерживался, что не стало удивлением для Ларк. Он любил производить фурор, оставлять впечатление, поэтому даже в повседневности часто приходил позже, чем следовало.
"Готэм может подождать. Какая разница, если он мой?"
　Но сегодня он опаздывал даже по своим меркам. Спустя тридцать минут от первоначального времени Ларк заподозрила неладное. По прошествии ещё пяти она вошла в поместье.
Когда-то проданный, но впоследствии успешно выкупленный дом Кобблпотов встретил её звенящей тишиной. Не было слуг или "временных гостий", лишь ледяной холод большого здания и пугающая тишина.
　Держа пистолет наготове, Ларк прошла вглубь хорошо известного ей поместья. Она досконально изучила его ещё в первые дни работы телохранителем. На первый взгляд казалось, что всё в порядке. Отсутствовали следы взлома или бойни, но что-то продолжало настораживать.
　Дверь в кабинет была заперта. Выбив её, Ларк стала свидетелем того, что казалось невозможным. Холодный труп за столом.

– Говорит Ларк Бёрд. Мистер Кобблпот мёртв. Пожалуйста, пришлите машину к поместью.

　　　　　.・゜・⋆✦⋆・゜・.

　　　.・。.・゜✭・.・✫・゜・。.

　　　　　Личные записи. 　　　　　　

　　　
　Уныние. После каждой вспышки гнева или разочарования в собственной важности всегда приходит оно.
　Чем бы ты ни гордился, сколько бы ты ни имел, в конце концов всё утратит ценность перед одним вопросом. "Зачем это всё?"
Зачем убивать, врать, портить, если в итоге все люди одинаковы перед смертью. Не важно, что ты делаешь, всё равно окажешься в земле. Покинутый своими современниками, забытый своими потомками. Один.
　Не часто я впадаю в подобного рода меланхолию, но такие мысли часто мешаются на периферии. Я не сожалею о том, что сделал или какой путь выбрал для себя, но порой продолжаю терзаться.
Мой кабинет такой же как и я – пустой, холодный, одинокий. Вспомнит ли кто-нибудь, что я здесь сидел? Что я делал? Звучу жалко.
　Возможно, стоит покончить с этим.
　　　.・。.・゜✭・.・✫・゜・。.

　　　.・。.・゜✭・.・✫・゜・。.
　Алчность. Меня часто в ней обвиняют. Доктора из Аркхема постоянно лепетали что-то об обездоленном детстве и "рвении схватить больше, чем вы можете себе позволить". (Это ли не доказательство, что в Аркхеме психи лечат психов?)
　Поражает, как люди умудрились связать невиное желание окружить себя прекрасным со смертным пороком. Будто рвение к тому, что я заслуживаю, делает меня плохим человеком. Будто они считают, что в праве говорить мне, что я чего-то не достоин.
　Пока я жив, я буду брать всё то, что захочу. Потому что это – доказательство моей силы. Это – доказательство моей независимости. Это то, к чему я всегда стремился и никогда больше не отпущу.
　　　.・。.・゜✭・.・✫・゜・。.

Tw: насилие.
　　　.・。.・゜✭・.・✫・゜・。.
　Гнев. Его всё сложнее сдерживать с каждой минутой моего прибывания на этой конференции. Чёрт знает, зачем этим идиотам понадобилось набиваться в зал и задавать мне те вопросы, которые должны быть обращены к секретарю.
　Но это не основная причина, почему я зол. Одна конкретная личность не даёт мне покоя, продолжает возникать и поправлять меня с умным видом, не понимая, что это чревато последствиями. Радует одно – все в мэрии настолько продажны, что даже если я убью кого-то, это останется незамеченным.
　Обсуждение продолжается. Я отвечаю на все глупые вопросы, так, будто они действительно заслуживают того. Стакан воды в моих руках подрагивает, хотел бы я, чтобы там было что-то, содержащее алкоголь.

– Вообще-то, мистер Кобблпот, не думаю, что вы имеете право поднимать вопросы о полиции. Достаточно очевидно, что после вашего прихода к власти количество преступлений увеличилось.

　Этот ублюдок опять влезает. Не понимает, что всё это собрание не больше, чем обычный спектакль.

– Кроме того, вы и так сильно вмешались в исполнительную систему, оказав давление на комиссара и введя собственные отряды. Ваши методы просто не работают.

　Клянусь, я вижу довольную ухмылку на его лице. Он каждым жестом показывает "смотрите, я лучше, доказал, что глупый пингвин ничего не понимает". Блять.
　Стакан вырывается из моей руки, встречаясь с благоговейным лицом наглого выскачки. Стекло рассекает глаз и бровь, попадая осколками внутрь. Крик боли ложится как мёд на уши.

– Совещание окончено.

　Хрипло доносится до меня мой же голос.
　　　.・。.・゜✭・.・✫・゜・。.

Tw: проституция.
　　　🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟
　Похоть. Я ясно вижу её в этих маленьких, цепких глазах. Взгляд не оценивающий, а жаждущий. Его голос низкий и хриплый, но хотя бы не такой гнусавый, как в обычное время. У меня бы не вышло терпеть этот птичий визг.
Он провожает меня внутрь дорого обставленной, но всё ещё кажущейся пустой, спальни. Здесь холодно.
　Я стараюсь не смотреть на него, отключить мозг, как делаю это всегда с клиентами, но он постоянно перетягивает внимание. Строит из себя джентльмена, почти заботиться. Придерживает, не давит, кряхтит что-то про удобство. Будто на этом пузе может быть жёстко.
Мучения не продлились долго, хотя относительно моих ощущений, достаточно затянулись. Не хочу проводить с ним ни одной лишней минуты, поэтому сразу выскальзываю в ванну. Очень мерзко.
　Он даёт мне плотную пачку купюр, будто оно действительно стоило того.
Я уеду из Готэма.
　　　🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟

Tw: каннибализм.
𝐑𝐨𝐥𝐞 𝐩𝐥𝐚𝐲.
　　　.・。.・゜✭・.・✫・゜・。.
　Чревоугодие. Так это мог бы назвать любой обыватель, не понимающий по каким правилам живёт Готэм. Освальд предпочитал называть это "поглощением чужой силы".
　Каннибализм никогда не манил Кобблпота, но вот Пингвину он оказался по вкусу. Конечно, это не произошло специально, просто в какой-то момент единственным оружием, которое у него осталось, были собственные зубы. Фонтаны крови буквально разбудили в нём жажду. Теперь это обычное, хоть и не частое, дело.
　В этот день на столе его ждало манящее своим ароматом блюдо – фрикасе из подонка. Любимый сынок влиятельного и дозволяющего себе слишком многое конкурента. Повара никогда не спрашивали о мясе, просто готовили, пока не получится идеально.
Возможно ваше представление о каннибалах рисует картины из луж крови и сырого мяса, но Освальд не был неандертальцем. Салфетка на воротнике, бокал дорогого вина в руках. Кто бы мог подумать, что содержимое тарелки когда-то не просто "бегало", как это любят говорить веганы, но и "хамило", "зазнавалось".
　Вкус был прекрасным. Нежным, благодаря соусу, и сладким от сути ритуала. Таким, который наконец-то смог удовлетворить жадный голод. Но надолго ли?
Чревоугодие – это не только про голод. Это про невозможность его утолить.
　　　.・。.・゜✭・.・✫・゜・。.

　　.・。.・゜✭・.・✫・゜・。.

　　　　　　Личные записи. 　　　　　　　

　Зависть. Она разъедала меня всю жизнь, с самого первого дня и до сих пор. Каждый встречный мальчишка заставлял меня завидовать тогда так же, как и сейчас заставляют обычные жители Готэма.
Они все думают, что лучше меня. Даже когда я доказываю, что это не так, зависть не уходит. Все лучше, красивее, сильнее, успешнее. Наглые выродки, чёртовы везунчики.
　Живя с завистью, ты в любом случае привыкаешь. Чужое счастье продолжает терзать душу, но теперь ты знаешь что делать. Уничтожить. Чтобы больше ничего не могло мозолить глаз, давить на больное место. Так ты находишь себя отребьем среди такого же хлама и барахла.
　Нет и никогда не было созидательства, только разрушительная зависть. Раньше она ломала меня, теперь она ломает всех окружающих. Теперь это не моя забота, я заслужил хоть каплю удовольствия, наслаждения собственной жизнью, после стольких лет беспросветной, грязной зависти.
　　.・。.・゜✭・.・✫・゜・。.

　　.・。.・゜✭・.・✫・゜・。.
　Гордыня. Вот что я чувствую каждый раз, когда вижу Айсберг Лаундж. Он прекрасен, он красив, он опасен. Мой первый триумф, не просто вложеные деньги, а настоящее дитя, за которое я не раз страдал, отдал всю душу.
　Дела в мэрии давно были доведены мною до автоматизма, поэтому найти свободный вечер на собственный клуб не составило никакого труда. Меня встретили как победителя, короля, тотчас окружив притворной заботой и улыбками, будто взложив венок на голову.

"Как дела, мистер Кобблпот?"
　　 　"Не устали, мистер Кобблпот?"
"Лучший напиток только для вас, мистер Кобблпот"

　Утопать в чужом, пусть и лживом, но обожании, ловить взгляды страха и придыхания действительно захватывающее, головокружащее чувство. В эти моменты я чувствую себя таким же величественным, как и Айсберг.
Меня давно перестало удивлять такое отношение к собственной персоне, но получаю удовольствие каждый раз, как в первый. Я всегда знал, что Готэм мой по праву. Знал, что когда-нибудь это признают все: от мала до велика, от слабого и до всесильного.
　Люблю это ощущение – смотреть сверху вниз на ничтожеств и осознавать их беспомощность перед любым моим словом. Я могу вершить чужие жизни не прикладывая к тому усилий и это пьянит.
　　　.・。.・゜✭・.・✫・゜・。.

　　🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟
　🤩лупая болтовня шута-короля продолжалась так долго, что в какой-то момент я просто перестал его слышать. Собственные мысли, всегда такие громкие, ворвались в разум, затмевая даже такую экстравагантную личность. Не помню, что он говорил, лишь оскал желтоватых зубов запечатлился в моей голове.
Какая-то навязчивая мысль навестила меня, право глупость, сейчас и не пойму, что же это было. Тем не менее, я двинулся вперёд за ней. Оставляя клоуна позади, я ушёл, наверное, не сказав и слова.
　Чëтки вновь перекатывались в руке, не помню, когда начал это. Эхо шагов отдавалось в тёмных катакомбах. Начала молитв возникали и сменяли друг друга, что-то мешало мне сосредоточиться. Что же...
Эхо будто двоилось, а над моей тенью нависала другая, намного более высокая.

　Он шёл за мной.

– Что ты делаешь?

　Я остановился и обернулся к нему. Может, мы встретились взглядами, в темноте было не до конца ясно.
　　🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟

　　🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟
　🤩 вот он начал трепаться, хотя его, конечно же, никто не спрашивал. Его пренебрежение к моей вере кажется диким. В стенах моего дома была непозволительна ересь любого рода, будь-то слова портного или придворной девки.
　С ничего хорошего не предвещающей гримасой он подскочил к моему месту, расталкивая стоящие на пути стулья.
Я поднялся с мягкого насеста, встречая его оскал бесстрастным выражением лица.

– Всё хорошо. Бог оберегал и оберегает семью Кобблпот с давних времён благодаря исправным молитвам каждого в графстве. Почему ты спрашиваешь.

　Вместе с вопросом наклоняю голову я, в попытках изучить лицо Джокера. Его безумие, с которым он живёт в какой-то особенной, хаотичной гармонии, всегда было непостижимо мной.
　　🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟

　　🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟
　🌟ал пустел. Сначала откланялся Роман, за ним сразу же Лекс и Слейд. Бэйн. Дент. Они удовлетворяли свои потребности: нужду в крови, услуге, принятии и растворялись один за другим.
　Так и остались те, кто в услугах не нуждался. Джокер с его взбалмошной головой, который в любой миг мог вздумать себе что угодно. И я.
Его компания мне отвратительна, но кажется, я опять задумался, не заметив, как мы остались наедине, если не считать души, кои здесь из страха от страха стерегут.

Да воскреснет Бог, и рассеются враги Его, и да бегут от лица Его ненавидящие Его. Как исчезает дым, да исчезнут, как тает воск перед огнём, так да погибнут бесы от лица любящих Бога, и осеняющих себя крестным знамением.

　Новая молитва возникает на языке.
Он смотрит на меня, как хищник смотрит на дичь. Пристально, не отводя взгляд. Я отвечаю ему тем же.
　　🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟

　　🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟
　🌟н спрашивает меня. Бездушная чёрная маска смотрит в глубь моей, тщательной спрятанной от нечести, души. Он её не видит. Я смотрю в ответ и молчу первое время. Не собираюсь с мыслями, не вспоминаю положение дел, просто молчу. Иногда отвечать нет желания. Я не желаю, чтобы он представлял, будто имеет надо мной власть.
　Перед ответом моя ладонь замирает, треск чёток прекращается. Я поднимаю руку перед собой, заслоняя крестом чёток стоящую рядом со мной свечу. Выглядит так, будто крест светится. Завораживает.

– По данным моей бухгалтерии, корабли, отправленные и вернувшиеся из Эльдариума превышают предполагаемое количество в полтора раза. Сопротивления и случаи диверсии ничтожно малы и не сказались на качестве товара. Аминь.

　Слова проговариваю на автомате, тут же забывая их значение или адресата. Я не должен позволять грешникам отрывать меня от молитв.
　　🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟