В "Пели, ели, вспоминали" мы поем одну известную песню, которая среди родившихся в 1980-х широко использовалась как колыбельная
В ней комсомолец с карими очами падает возле ног вороного коня. Догадались?

Так вот, небольшое #музыкальное_расследование.
Стихи в 1924 году написал человек по имени Николай Кооль — напечатал в курской газете под псевдонимом «Колька-лекарь». Музыку четыре года спустя собрал Александров. Тот самый, автор гимна.

А дальше песня пошла в народ и довольно быстро ее стали считать "народной", то есть сразу ничьей и общей. Раз народная, то обязательно старинная, так что в двухтысячных песня обросла родословной: якобы это переделка казачьей песни «За рекой Ляохэ», времён русско-японской войны. Версия красивая. Проблема одна: более ранних публикаций этого текста никто не нашел.

То есть песню сначала забрали у автора в народное, а потом еще и состарили на двадцать лет.

Это, мне кажется, и есть суть обращения с традицией в целом: мы все время удревняем. Как будто хорошей песне обязательно нужен благородный предок.

Предок у песни и правда есть, только с другой стороны: это каторжный мотив песни «Лишь только в Сибири займется заря». Послушайте запись и узнаете мерный, покачивающийся ритм, под который отлично засыпается.
https://vkvideo.ru/video876439246_456239045