Лиза/Брянск-Пассажирский

‹‹развиться в пожирающий кости
атом древних циклопов//
потеря замученной памяти, что
реплицировала внутренности//
Мы дышим телесными
болезненными приступами
и контролем внешним//

кэндзи сиратори

клянешься ли ты раздать вставные челюсти детям
переписанное на трухлявом мне моё право наше право
клянешься отдать сломанные кости торчащие кости клянешься
раздать будущим мужьям и их сёстрам спроси себя

моё тело встроенное
изображением вышитое
на подушках одеяле
резьба на феназепаме
в картонных коробках
головы вместе с засохшими
остатками еды в подвале
в картонных коробках

металлические конструкции
позвоночника штыри в коленях
штыри что торчат прицельным
огнём артиллерии три дерева
за окном три дерева клянешься
отдать мне все останки деревьев
разрушенный мост на макаронке

i live to let you shine
i live to let you shine
all goes to that shrine
onto that shrine mine

зона ненависти в нас
крепнет ненависть и
энтропия в нас через нас
самих won't you play that никогда
не сломанное сознание подчиняется
нестабильные системы понимания

А я дышу
А мы дышим
телесностью
болезненный процесс
почти незнакомый голос
встревает в каждую ночь
прерывая мысль ту эту те
ту эту те ту эту те ту эту те
прерывая богу мою мысль
не слышать не-услышанное
и притворяться что Я дышу
памятью мной дышит Память

зона ненависти в нас
крепнет ненависть и
не верить чувству страсти
подвиг не верить в искренние
намерения что ведут за руку тебя
володарский район указателями тебя
пространством тебя любовью тебя

ведёт к воде за руку
ведёт с водой вместе
с течением времени
как переливается оно
галька в желудке песок
засыпать в глаза засыпая
ведёт к воде пространством

клянешься ли остаться оставить Пассажирский первым рейсом
на карте которую чертит вода и пространство тебе
облачиться в водоросли высоту девять метров падая в воду
won't you play that song for me ассистируя сломанное внутри дирижёр городского округа
города который ненавидел так сильно что забыл как любить
окружающее
искусственное солнце и луна которую собрал облачившись в картон высоту девять метров

И я дышу
И мы дышим
обаяние кислорода
изумляться вещественным
доказательствам механизмам
сопричастности рельсам и поезду
картой которую чертит пространство

Бог есть пространство любви
немногие согласятся но Бог
есть пространство ненависти
немногие согласятся но Бог
есть энтропия тепловая смерть
немногие согласятся но хотя бы
могу согласиться с собой наконец

слушать запекшуюся кровь
как она говорит с тобой говорит
не оставайся в этом городе больше
не оставайся с этой женщиной ещё
нельзя позволить ещё месяц такого
существования и слушать контуры
мела на асфальте слушать плоть до
и плоть после всего случившегося

Гарсия
дай заключённому
его сигарету

из нов. цикла «имена»