7.

отвези теперь в центр города
ближайшего города где горят
огни неоновой пустыни и мои
радио-дни оранжевые истощают
обречённость всеобщую где сна нет
где изначальное я — это другой
где мы другие — для самих себя

никак не могу понять
почему вслед за завтра
приходит новое завтра

это ужасно

облака где вдыхают чужие жизни
эхом извращая память обо всём что
являлось незыблемым где земля моя
становится кладбищем гниющих
листов на которых стихотворения
не написанные мучают белизну

мне снилось
как ты рисовала
двух пьяных девушек
обнимающихся на голубом газоне
где-то у внуково одна говорила другой

пусть земля станет тобой
пусть земля станет тобой
пусть земля станет тобой


8.

в порядке просто корчусь с таблеток
в порядке просто не та песня по радио
в порядке просто не знаю где осталось
что-то человеческое в человеке
в порядке просто мне не хочется слышать
как люди снова говорят о добродетели

в полумесяце согнутых километров
отрываем счастливые билеты как дни
о которых предпочитаешь забыть
лучше не помнить о хорошем слишком много
оно настигнет тебя вымышленным Богом
оно настигнет тебя на пути в ближайший город

руки касаются руля твои руки
говоришь о том как усталость мира всего
осела на твоих плечах и не хочет вернуться
в дебри свои в зелёный дол в подол платья матери

когда хоронили твоего жениха
помнишь ещё когда хоронили его
не вспоминала перелом переносицы
не вспоминала как бросил тебя

помнила только лето в которое
попросил руки сердца руки и сердца
как твои ноги втягивало в песчаную дюну
как нотный стан выклевывал вену яремную

лучше не помнить о хорошем слишком много
лучше не помнить


9.

думала вслух мы
как кэссиди керуак
could've moved mountains
could've be forth and back

думала вслух мы
как кэссиди керуак
не знаем податься куда
не знаем как вырваться
повседневность ныряет
в ушко игольное своей
однородностью сыростью

о том как мы чуть не сбили лису
о твоих синих мартенсах из сиднея
о том как твои гольфы порвались
пока мы перелезали забор чтобы
посмотреть на водораздел целуясь
о том как мы никогда не смотрели
друг другу в глаза опасаясь что взгляды лишь портят картину мира
которой толком и не существует

думала вслух мы
как кэссиди керуак
внутренности этих машин
седьмой стаканчик черного кофе
дороги больше нет дороги больше
люди распространяются как воздух вода и холод
эмоциональный голод нерешительность

неразрешимое и


10.

когда футболка джинсы брошены на задние сиденья
небо становится рыжим твои волосы
как небо становится рыжим горит с заправочной станцией
светлячки их могилы неизвестных солдат
посвящения твоей груди кусаю твою грудь
останься внутри во мне кровеносное тельце
песчаная коса нетерпимость к обману
чтобы обмануть кого-то снова прежде чем
наши тела (не)сольются это не альковы
не переживай это ничего ничего
не переживай это все что мы бы могли
не переживай это все что мы можем
трахать звёзды трахать друг друга тушить сигареты
об комаров пролетающих мимо
мне бы сказать что-то значимое
мне сказать бы что-то хорошее
тогда не знал что умрёшь так скоро ты


11.

сказать как ненавижу себя или
сказать что ненавижу не принадлежать
сказать что ненавижу быть чем-то большим
чем пятна краски на твоих плечах
кромсающие виноградины бумажных озёр
гусиный пух гравитацию черные дыры

как провал в сознании когда мы я ты
ночуем у твоей подруги прокусываю
кожу на руках вырываю мясо из рук
первородное наставление рвать мясо
своего тела на части рвать себя на части
когда нечему гореть подожги себя
когда нечему гореть подожги себя нет

пока будят тебя они на первом автобусе
сбегаю с красными отсохшими глазами
обматывая оголённые провода вокруг своей шеи
меня не повесят на тех патентованных воротах
меня не повесят на городской площади
пускай они выпустят прах мой во время парада фейерверком
в честь победы бессмыслицы
в честь победы незнания


12.

несколько часов и киста лопнет в твоей голове
наперегонки птицы-стражденицы врезаются в окна
безмолвье вселенной говорящие свечи
похоронные венки нарисованные карандашом