🔴Партнёрство на словах, расставание на деле: куда на самом деле идёт Армения?

Сегодняшнее выступление Никола Пашиняна в парламенте, пожалуй, гораздо лучше любых дипломатических формулировок показывает реальное направление внешней политики Армении.

С одной стороны, в программе правительства говорится о «трансформации и углублении партнерских отношений с Россией», о продолжении сотрудничества и необходимости сбалансированной внешней политики. С другой — сегодня премьер-министр фактически обозначил целую последовательность шагов, каждый из которых ведет к сокращению российского присутствия и одновременно к дальнейшему сближению с Западом.

Первое — Европейский союз. Пашинян заявил, что Армения должна обратиться с официальной заявкой на вступление в ЕС и что в предстоящий период этот процесс будет начат. То есть речь идет уже не просто о развитии отношений с Брюсселем, европейских программах или политическом диалоге. Впервые обозначается следующий практический этап — официальная заявка на членство.

Второе — ОДКБ. Премьер прямо заявил, что Армения не собирается активизировать свою деятельность в организации, и добавил, что был бы очень доволен, если бы ОДКБ сама исключила Армению. По его словам, это избавило бы страну от дилеммы — выходить или не выходить.

Третье — Южно-Кавказская железная дорога. Пашинян вновь обратился к России с предложением проявить гибкость и продать право концессионного управления железной дорогой третьей стране, приемлемой для Москвы и Еревана. Аргумент властей понятен: нынешняя модель управления, по их мнению, может помешать интеграции Армении в новые международные транспортные маршруты.

Каждое из этих решений власти могут объяснять отдельно. ЕС — диверсификацией. ОДКБ — кризисом доверия. Железную дорогу — экономической необходимостью. Но политика оценивается не по каждому отдельно взятому объяснению, а по сумме решений и направлению движения.
А если сложить эти решения вместе, возникает достаточно ясная картина.

Безопасность — постепенное дистанцирование от ОДКБ. Экономическая и политическая интеграция — движение в сторону ЕС. Стратегическая инфраструктура — стремление изменить существующую модель российского управления. Параллельно расширяется стратегическое сотрудничество с США и европейскими государствами.

И здесь возникает главный вопрос: где заканчивается диверсификация и начинается геополитическая переориентация?

Потому что невозможно бесконечно говорить Москве: «Мы хотим углублять партнерство», одновременно последовательно демонтируя практически все элементы прежней модели отношений.

Настоящая многовекторность — это когда государство добавляет новые направления, не разрушая работающие старые. Когда сотрудничество с ЕС и США развивается параллельно с отношениями с Россией, Ираном, Китаем и другими партнерами. Когда один вектор не строится за счет вытеснения другого.

Если же один партнер постепенно уходит из системы безопасности, стратегической инфраструктуры и политической архитектуры страны, а другой занимает все больше места, это уже трудно объяснять исключительно «балансированием».

Можно спорить, правильный это курс или ошибочный. Можно считать его необходимым или опасным. Это предмет нормальной политической дискуссии.
Но тогда обществу необходимо говорить об этом прямо.

Если стратегический выбор Армении — постепенный выход из прежней российской орбиты и движение в сторону европейской системы, власть должна так и сказать. Потому что внешняя политика государства — слишком серьезный вопрос, чтобы одно направление существовало в официальных формулировках, а другое — в конкретных действиях.

В геополитике партнерство определяется не тем, сколько раз произнесено слово «партнер», а тем, куда ведет совокупность принятых решений.

Подписаться на Тг-канал Зангезурский гамбит