Рассуждение на отвлеченную тему

На днях я почитал поподробнее о бурной жизни Эрвина Шрёдингера, великого физика (погуглите, кому интересно). Он один из целой плеяды первооткрывателей начала 20 века, тогда все были великими физиками (как в анекдоте про национальность апостолов и Христа). И вспомнились мне слова Пушкина из письма Вяземскому:

«Зачем жалеешь ты от потери записок Байрона? Черт с ними, слава богу, что они потеряны! Он исповедался в своих стихах, невольно увлеченный восторгом поэзии. Оставь любопытство толпе и будь заодно с гением. Толпа жадно читает исповеди, записки, потому что в подлости своей радуется унижению высокого, слабости могущего. При обнаружении всякой мерзости она в восхищении: “Он мал, как мы! Он мерзок, как мы!” — Врете, подлецы! Он мерзок, но не так, как вы — иначе!»

Но потом я наткнулся и вот на эти слова Пушкина, уже из черновиков (о которых Ахматова замечала, что его черновики, может быть единственные в своем роде, безупречны):

«Одна из причин жадности, с которой читаем записки великих людей, – наше самолюбие: мы рады, ежели сходствуем с замечательным человеком чем бы то ни было, мнениями, чувствами, привычками – даже слабостями и пороками. Вероятно, больше сходства нашли бы мы с мнениями, привычками и слабостями людей вовсе ничтожных, если б они оставляли нам свои признания».

Пушкин, конечно, гений; и Байрон гений. И Шрёдингер гений. Ну да — «и я тоже себя плохо чувствую».