«Большой ты патриот или нет, проверяется очень просто: ты готов умереть или нет? Нет? Ты не патриот вообще! Ты не маленький патриот, ты вообще никакой патриот. А если ты готов, ты патриот».

«Я не с автоматом, а с галстуком и в костюме пошёл на работу в Верховный Совет Российской Федерации писать законы»;

«Когда я смотрел телеканал в этот момент и слушал государственных людей, я понял, что политика полна лжи, что это отвратительная сфера деятельности, я не хочу иметь с ней ничего общего и ушёл в бизнес»;

«Я работал на самое что ни на есть исчадие капиталистического ада. Я работал в самом центре, через который проходили эти деньги. Человек, который работал рядом со мной – он до этого работал в USAID и писал наши законы, рядом бесновались ЦРУшники. Я был в самом центре. Я был жрецом мамоны»;

«Диссонанс был большой, ибо я в этот момент воцерковлялся и ездил в Троице-Сергиеву лавру, как мог пытался благотворительствовать из своей зарплаты и небольших бонусов»;

«Как у нас происходит у православных? Кстати, православные – это не самые правильные люди. Это просто больные, осознавшие, что они больные. И мы приходим в Церковь, понимая, что нам надо лечиться. Понимая, что нам нужно каяться. И только тогда мы унаследуем Царство Небесное. А люди, которые ходят на улице, они просто ещё не поняли, что они больные».

«Богатый человек – это лишь управляющий богатством от Господина. Господин – это Господь Бог».

« – Нас устраивают темпы (СВО)?

– Нет, темпы нас не устраивают. Вы это прекрасно понимаете, мы все это понимаем. Для того, чтобы увеличить темпы, мы должны эскалировать мощь того оружия, которое мы применяем на фронте.

– Эскалация налицо. Она с двух сторон. Постоянно используется новое оружие. Разрушительная сила этого оружия растет. Куда приведет эта эскалация?

– Недостаточно растет. Представьте, у нас драка. Сначала мы дрались голыми руками, потом с помощью ножа. Теперь побежали за дедовской берданкой. При этом у нас стоит новенький пулемет, полный арсенал гранат, а мы их не используем, потому что у нас джентльменский вид спорта. Но это же не так, у нас есть ядерный арсенал, у нас есть нейтронное оружие, у них нет. Почему мы его не используем? Я считаю, что мы должны его использовать, это мое частное мнение, я понимаю, что не мне принимать решение. И те, кто принимает решение, обладают большим кругозором. И возможно существуют какие-то переговоры, которые могут привести нас к войне без использования оружия массового поражения той силы, которая может немедленно привести нас к победе. Но это оружие у нас есть, а у них нет. А плохая новость в том, что как однажды у Израиля и Пакистана, у них окажется грязная бомба, и Зеленский будет грозить уничтожением Москвы. Мы тогда будем ему отвечать, но у него уже будет то, чем начать. Зачем нам это делать? Когда мы можем прекратить эту войну, остановить ее, использовав имеющееся у нас оружие, ядерное или нейтронное.

– А будет ли это победой?

– Обязательно. Когда одна сторона прекращает сопротивление, это называется победа».