эй, диса!

я бы схавала пьеропай пападочей, если бы их прописывали глубже, чем "пьеро с виду холодный, но на деле очень заботливый отец"

брх.

к нему с неба спустилось самое невинное и искреннее из созданий, которое вообще может существовать, настолько доброе, что у неё в сердце не осталось ни страха, ни ненависти, хотя из-за него она могла пережить ад, сгинуть, оказаться непоправимо поломанной. и она в самом деле таковой оказывается — эй, шут, откуда ты думаешь у неё взялся страх быть брошенной? эй, шут, откуда ты думаешь в ней взялось это чувство собственной незначительности, которое преследует её годами?

"ты ни капли не изменилась с тех пор"

говоришь так, будто ты когда либо интересовался её личностью.

паймон — антиквариат, который больше не найти нигде в мире, единственное светлое, что в его тёмном подвале было, единственная вещица той эпохи, которую можно назвать достойной выживания. хорошо, что она не разбилась в ту катастрофу. хорошо, что каким-то образом её пережила.

тем более, теперь благодаря ней он может преподнести своей новой королеве действительно стоящий подарок. сошедшие — вещица подостойнее, чем бесполезная безделушка, упавшая с фальшивых небес. эту безделушку пьеро предпочтёт держать при себе, камешком спрятать в карман, чтобы потом разглядывать.

паймон создана, чтобы быть маленькой и блестящей, помещаться в ладони и радовать глаз.

потерять её снова будет очень обидно.

искренне поражена какими абсолютно ебанутыми, сложными, красивыми и трагичными динамиками с конфликтами окружена паймон, ну просто куда ни глянь — с ума сойти, копать и копать, но всё, что фд вычленяет из канона, это рафинад с дочуркой.

да хоть правнучка, если бы её за личность считали, но ведь фд не умеет считать детей за людей, только за милые сумочки на руках у папочек с мамочками.

и половины претензий к видению паймон, как маленькой девочки и чьей-то дочери у меня бы не было, если бы люди не стёсывали её личность, чувства и уже выпирающие костьми травмы.

лично для меня история паймон становится лишь чернее и трагичнее, если я представляю, что она ребёнок. дети так жить не должны, но всем почему-то кажется, что она окружена лучшими из взрослых, которые защитят её от любой боли, когда ей то и дело приходится быть чужой опорой и поддержкой, эмоциональной обслугой без возможности прожить свою боль в полной мере.

они её идеализируют, возводят на пьедестал, считают воплощением искренности, доброты и тепла, что тоже является дегуманизацией — личность в чужих глазах теряет способность быть живым человеком и возможность испытывать негативные неприглядные чувства, становится непогрешимым образом, прекрасной картинкой, расчеловечивается.

она для них воплощение этого мира, их с ним связь, одна из главных причин, почему они не могут пройти мимо несправедливости, причина, по которой они не сошли с ума, будучи абсолютно несепарированными от близнеца — их единственной семьи и самого важного во вселенной человека. и она становится им очень важна, и это очень плохо, потому что они больные на голову, их привязанность идёт рука об руку с одержимостью.

раньше без паймон они были бы куда жёстче и замкнутей, а сейчас без паймон они трогаются башкой. с самого кариберта их реакция на разлуку становится всё более и более острой, отнимите её у них и они перережут вам глотку.

пайгг это хрестоматийная созависимость.

и когда паймон начинает сепарироваться, в своём развитии увеличивать между ними дистанцию, становится самостоятельнее и самодостаточнее, тббт принимают это очень тяжело, её с трудом отпускают, её колят, поддевают, потому что не хотят, чтобы она их, таких ей нужных, оставила.

паймон боится быть брошенной, но она раз за разом доказывает какая она храбрая девчонка.

тббт боятся быть брошенными до безумия — они простят и примут близнеца, что бы они не сделали, как бы не изменились, они вцепятся в паймон ногтями, если понадобится — убьют саму смерть, чтобы она не смогла их разлучить.

именно это для них и значит быть семьёй. и если паймон им как сестрёнка, то они её больше никогда не отпустят, даже если она захочет уйти.

меня поражает насколько внимательно пай относится к чувствам тббт, как хорошо их понимает, как хорошо способна подобрать нужные слова и чуть что — понять, что сейчас не стоит говорить ничего вовсе, стоит отойти, оставить их одних, дать им время, дать им уйти без неё, уйти не с ней

а они ну
даже не способны понять почему она чувствует себя неловко, когда это именно они наконец проявляют о ней заботу, когда ей так плохо, что она не может согреться и с трудом передвигается.

"ничто не способно испортить ей настроение"??? мы знаем одну и ту же паймон?? вы говорите это о той самой паймон, которая постоянно ругается с другими, которую постоянно дегуманизируют и недооценивают, которая всё равно постоянно переживает о других, постоянно тревожится, годами наблюдает за трагедиями и смертями, которые свидетельствует в дороге, которая не может найти себе места, думая, что она бесполезная дура и не соответствует вашему уровню?

тббт так не хотят, чтобы паймон было больно, что они предпочитают игнорировать возможность того, что паймон боль вообще может испытывать.

она их всегда неунывающее солнышко, всегда ярко светящаяся в темноте луна — никогда не погаснет, ей гаснуть нельзя, даже если она уже не может светить.