Римус махнул рукой, лениво потягиваясь и снова повторил свой вопрос. Сириус, перебив Джеймса на полуслове, в двух словах пересказал новости. Тот недовольно скосил глаза, но промолчал.
— Идёмте уже, — поторопил Джеймс, спрыгивая с кровати.
— Иначе матушка окончательно разозлится… А у неё, сами знаете, пунктик на завтрак.
Друзья спустились на первый этаж, когда из кухни уже вовсю тянуло яичницей и свежим хлебом. Стол ломился: тарелки с тостами, банка с малиновым джемом, горка бекона и высокий кувшин с тыквенным соком, на стенках которого оседал холодный пот. Сириус сглотнул слюну: сколько раз он завтракал с Поттерами и сколько раз не мог поверить, что завтрак такой существует не только в Хогвартсе. Но он не был бы честен с собой, если бы не признал, что овсяная каша с малиновым вареньем была ему роднее.
Сириус плюхнулся на стул рядом с Джеймсом, пододвинул тарелку и сонно уставился в окно, щурясь на свету. Питер сел с краю — поближе к выходу, на всякий случай. Странная привычка. Римус сосредоточенно намазывал масло на тост и делал вид, что его вообще здесь нет. Частое явление. Юфимия разливала чай, но то и дело бросала на них настороженные взгляды. Нечастое явление. Это плохо.
Флимонт сидел во главе стола с номером «Ежедневного пророка», но читал явно нехотя — поглядывал поверх очков на эту четвёрку, ждал представления. Это было странно. Сириус подмечал это каждый раз: Орион никогда не обращал внимание на собравшуюся семью, а в последние года так даже не утруждался ответить на приветствие. Только мог хмыкнуть.
— Детвора, что вы задумали? — наконец сказал он, отодвигая пустую тарелку и складывая газету. — Выкладывайте. По вашим хитрым лицам всё видно.
Он поиграл бровями и откинулся на спинку стула, всем своим видом показывая: я готов, говорите.
Сириус, Питер и Римус синхронно перевели взгляд на Джеймса. Мол, выкладывай, дружище. Джеймс поперхнулся соком, запустил пятерню в и без того лохматые волосы и под прицелом трёх пар глаз выдал:
— Мам, пап, мы хотим маггловским путём добраться до деревни Нейби. На дачу Блэка.
— Ой дурак… — Сириус уткнулся лицом в ладонь и покачал головой.
Нет, Джеймс сказал правду. Но правда эта была слишком краткой — она оставляла место для самых страшных родительских додумок. Особенно для таких тревожных, как Юфимия. Скажи только такое его матери! Дипломатии, как считал Сириус, надо учиться с детства. И не было бы таких казусов. До дипломата уровня матери или отца ему далеко, но Джеймс… Словно он не выходец чистокровного рода. Это конечно заставляло Сириуса подумать, что тут мистер и миссис Поттер недоглядели за его воспитанием.
— Нет! — Взвилась Юфимия, так что ложка звякнула о край тарелки. — Даже не думайте!
Она обвела взглядом каждого: Сириуса, который пытался сделаться невидимым, Питера, вжавшего голову в плечи, Римуса, уткнувшегося в тост. И Джеймса, который рассматривал скатерть. Тут страшно было вздохнуть громче обыденного, не то, чтобы возразить… Но идея!
— Я не хочу обижать твою семью, Сириус, но Блэки…
— Это дача дяди Альфарда, миссис Поттер, — спокойно ответил Сириус, поднимая голову. — И я не обижаюсь. Дача защищена от непрошеных гостей, и сейчас я её владелец, — это не было полноценной правдой. Все Блэки имели доступ к поместью, потому что могли снять с него защиту. Но кому об этом надо знать? Даже Джеймс не знает.
Юфимия поджала губы, а взгляд стал чуть мягче: она не любила напоминать Сириусу, из какой он семьи. И Блэк всегда её успокаивал: ему не было обидно, в какой семье он рос. Главное, что он выбрал свой путь. Так случилось и в этот раз. Но на Джеймса покосился укоризненно и, понизив голос, шикнул:
— Можно было и другое выражение подобрать. Дипломат…
Поттер виновато пожал плечами.
— Всё равно нет, — отрезала Юфимия, отбрасывая все сожаления о ранее сказанных словах. — Особенно маггловским способом! Это опасно.
Она считала, что на этом разговор закончен. Флимонт в такие моменты предпочитал оставаться в стороне — дать жене выпустить пар, чтобы потом спокойно вынести вердикт. Он знал: на этом разговор не закончится. И оказался прав.
Post #4207
98