В печать вышла моя новая статья для South China Morning Post, где я размышляю о возможностях создания «единого рынка технологий двойного назначения» в рамках БРИКС.
В статье я утверждаю, что мировая технологическая гонка разворачивается вокруг новых стратегических пространств — Арктики, космоса, киберпространства, океанов и Африки. Эти «домены будущего» представляют собой точки приложения больших инвестиций, которые необходимы для доступа к новым ресурсам и укрепления геополитического влияния.

Современные технологии (особенно в сфере искусственного интеллекта и высокоточных систем) всё чаще имеют «двойное назначение», то есть способны применяться как для мирных целей, так и в военной сфере. Онлайн-платформы, дроны, анализ больших данных — все эти инструменты становятся ключевым фактором в гонке вооружений и формируют новую конфигурацию безопасности.

Искусственный интеллект занимает особое место. Его интеграция в производственные процессы, инфраструктуру и военную технику даёт такой же мощный толчок развитию, каким в своё время был когда-то паровой двигатель или ядерная энергетика. Именно поэтому страны с глобальными амбициями рассматривают ИИ как стратегически важный элемент суверенитета. Россия и Китай могут более активно развивавать национальные программы в области ИИ, позиционируя их как основу самостоятельности в условиях нарастающей технологической конкуренции.

Важную роль приобретает способность государства или группы государств финансировать и поддерживать долгосрочные программы (в тесной связке с венчурным капиталом), которые, будучи крайне капиталоёмкими, не приносят немедленной прибыли. Здесь на первое место выходит экономическая база — наличие больших рынков, ресурсов и партнёров. БРИКС может предоставить участникам широкий спектр возможностей и гибкую модель взаимодействия, способствующую обмену научными разработками и технологическим прогрессом, но только если она превратиться в «единый технологический рынок».

В то же время США и их союзники показывают всё более жёсткий и ограничительный подход: усиливаются санкции, вводятся экспортные ограничения на ключевые компоненты для ИИ, растёт список стран, лишённых доступа к американским технологиям. Такая стратегия позволяет, с одной стороны, контролировать и замедлять технологические успехи соперников, но с другой — ограничивает самих США в получении новых партнёров и развивающихся рынков.

В долгосрочной перспективе ставка на многостороннее сотрудничество и открытость в рамках больших международных блоков может дать России и Китаю более масштабную и устойчивую платформу для продвижения собственных научно-технических решений. Я отмечаю, что в глобальной конкуренции вес имеет не только технологический уровень страны, но и её доступ к крупным союзам и экономическим партнёрам. Таким образом, США рискуют уменьшить своё влияние, поскольку ориентация на односторонние решения и блокирование технологий способна оттолкнуть большую часть мира, открывая простор для России, БРИКС и других форматов международного сотрудничества.