Альтернативная национальная идентичность и когнитивная война. Часть 1.

СВО показала, что длительная и методичная работа с украинским обществом со стороны западных партнеров была не очередной пугалкой или психологической уловкой, а вполне реальным феноменом, последствия которого мы болезненно ощущаем в данный момент.

Украина мыслит себя не как часть русского ментального пространства, а как ее пассионарная "цивилизованная" альтернатива. В этом пространстве души и сердца проживающих там русских людей были отняты и обращены против нас. Люди и общество в целом больше не ассоциируют себя ни с общим культурным наследием, ни с общими физическими и ментальными символами. Они громят памятники, отменяют поэтов и настаивают на уникальной украинской культуре, оторванной и не имеющей ничего общего с русской. Братский народ перестал быть частью целостного исторического нарратива, последовательно разрывая все связи с общими заслугами прошлого, ценностями и важнейшими символами, конструирующими совместное мыслительное и ценностное пространство.

Наконец, украинцы не просто придумали себе (им помогли) свою историю и свой язык истории и политики, но и умело инструментализировали различные исторические события, сумев использовать их как оправдание либо праведности и сакральности их миссии, либо демонической природы их противника (нас). Борьба с общим экзистенциальным врагом и совместное развитие превратились в угнетение и эксплуатацию. Братские взаимотношение стали репрессивной имперской политикой, а дружба и взаимопомощь перешла в аккумулирование ненависти и выжидания мести. С одной стороны, может показаться, что народ сам выбирает свою историю и ценности, с другой- иногда ему могут в этом помочь. Так партнеры и сделали.

Граждане украины и те, кто вдруг примкнул к украинскому ментальному пространству отказавшись от русского, резко начали говорить на другом, но едином языке. Они объясняют реальность и происходящее своими терминами и смыслами и на своих собственных основаниях. Их героями являются те, кто борясь с нами в процессе коллективного объяснения и повествования, создают альтернативное смысловое и ценностное пространство. Мы - внешний враг, а враг внутренний представлен теми, кто не согласен с их идеями и методами или просто молчит. Объектности нет, правда у всех своя, а чья настоящая определяется тем, у кого сильнее нарратив и охват целевой аудитории, кто кого убедит и кто первый убедится.

Мы часто обсуждаем спонсирование западом различных фондов и некоммерческих организацией, поддержку культурных инициатив и образовательных программ. Мы возмущаемся текстам учебников, в которых воспроизводится альтернативная история и не можем понять, откуда появляются абсурдные объяснения событий. Мы говорим о том, как много фейков плодят украинцы и что наша правда все равно сильнее, а социальные сети если и важны, то не как инструмент воздействия на противника. Все это может выглядеть как мелкое вредительство или сумма случайностей, часто оправдываемая глупостью украинского руководства и коварностью западных кукловодов. Есть и другая другая версия. Происходящее - это выверенная и последовательная политика, имеющая свои теоретические основания, осмысление и экспериментальную базу. Но как именно это может быть сделано?