Обновленные императивы внешней политики Британии: перехват Европы и длинная война как стратегия.
Динамика конфликта на Украине существенно повышает издержки для основных акторов, теперь заинтересованных в максимальной интенсификации конфликта. Среди этих сил, помимо надгосударственных финансовых групп, в авангарде традиционно выступает Британия.

Обновленная британская внешнеполитическая и военная стратегия адаптируется и теперь выдвигает в качестве приоритетных регионов Северную Европу, Польшу, Прибалтику, Южный Кавказ и Среднюю Азию. Логика в приоритизации регионов очевидна.

Речь идет о перехвате управления в НАТО и, прежде всего, курировании регионов, граничащих и имеющих прямой доступ к нанесению ущерба интересам России. Среди задач можно выделить поступательное, но непрерывное давление, направленное на истощение ресурсов России, сужение пространства для маневра и увеличение стоимости всех стратегических действий с призрачным намерением максимальной дестабилизации социально-политической обстановки.

Ключевой элемент стратегии — стратегическое лавирование между Китаем и США, а также фокусирование на двух геополитических театрах военных действий: Европе и Индо-Тихоокеанском регионе. Что касается азиатского направления, то здесь речь идет о роли Великобритании как второго игрока (подставляя под удар США, но прямо не вовлекаясь) в утверждении объединения AUKUS в качестве доминирующей военной силы, готовящейся к разбалансировки Юго-Восточной Азии и стратегическому противостоянию с Китаем.

Особый интерес представляет европейское направление. Учитывая последствия передачи контроля над НАТО, Британия преследует стратегию по заполнению «стратегического вакуума» после ухода США из региона. Логистика, планирование операций, определение общего характера и логики военного противостояния и динамики, координация деятельности разведок, информационно-когнитивные кампании и контроль обмена информацией — это, судя по всему, Великобритания планирует взять на себя в полной мере (уже почти).

Это означает не только координирование театра военных действий в Европе, но и определение повестки и общего характера взаимодействия в ближайшей перспективе. Британия идет к тому, чтобы заменить США в качестве военного наместника Европы в согласованном порядке.

Таким образом, мы видим реинкарнацию амбиций Британии с упором на инструментализацию гибридных операций, а также возрождение новой версии «Большой игры», характеризующейся обновленными правилами и географией, но сохраняющей традиционные для британцев методы.

Конечной целью является навязывание новой системы международных отношений, основанной на принципах и нормах (регуляторных и концептуальных), ведущую роль в формировании которых должна играть Британия.