Юльдмитревна

Наша дружба – это когда ты выше её на голову, она – выше тебя во всём остальном

Когда любишь её родных как своих, а обидчиков – ненавидишь как личных врагов – без суда и следствия (и права на апелляцию!!!).

Когда её интеллигентность и твой гнев существуют не вопреки друг другу, а как два способа жить эту жизнь – просто одна вечно истошно орет в процессе, а другая – с мягкой улыбкой оказывается там, где в общем-то и хотела быть.

#роднули

2015 год. Деревня, три девушки и ноль бюджета.

Я тогда впервые задумалась, что работа может выглядеть так весело и интересно — и тут же сама себе объяснила, почему это невозможно.

Как выяснилось впоследствии — еще как возможно.

Вся история — в карусели!

Моделинг и козы — Ксюша Шашмурина
Визаж — Оля Темникова

Я много лет в творческой профессии — и всё равно каждый серьезный шаг на новом этапе требует заново пережить этот публичный позор

Легко быть за кадром эдакой творческой невидимкой. Направлять, создавать одним лишь усилием своего видения. Или бессловесным аватаром с выверенной лентой и яркими аутфитами в проверенных позах.

Но сейчас мне интересно посмотреть, что будет, если я займу пространство не только собственным визуалом, но и голосом — пробовать форматы, в которых я не обслуживаю чужую задачу, а формулирую свою — и у меня, наконец, появились для этого время и энергия.

Неожиданно, я встретилась ровно с теми чувствами, о которых говорю в этом видео.

Можно годами быть профессионалом и привыкнуть к мысли "я отлично справляюсь" — а потом направить на себя камеру телефона и снова почувствовать себя человеком, который стоит голым перед толпой.

Но теперь я хотя бы знаю, чем это заканчивается.
Стыд проходит. А сделанное — и его плоды — остаётся.

Так что продолжаем позориться✌🏻

…и в чем я не права?!!

У моей подруги Фалевич сегодня день рождения

Занимательный факт — мы росли в соседних селах Тамбовской области, чтобы встретиться и подружиться уже в Нью-Йорке. Мироздание, конечно, мастер постройки маршрутов!

Она вертит бизнесами, мужиками, выводком детей, пишет книги — и во всем этом остается абсолютно ослепительной, филигранно матерящейся и жадной до жизни

Лучше всего ее характеризует следующая ситуация:
сидим как-то с ней в ресторане на Манхеттене после съемки, на Наташе пиджак на голое тело.
Сообщаю ей:
— Наташ, там мужчина с семьей сидит. И глаз с тебя не сводит.
Оценивающе прищуривается.

— Мм. Ну пусть на старости лет хоть на сиськи нормальные полюбуется.

И закусила салатом.

Наташ, оставайся такой же неповторимой и неуправляемой; уязвимой, но разрушительной; эксцентричной, но теплой, и живи свою лучшую жизнь — как умеешь только ты!

P.s. Люблю тебя. И слегка побаиваюсь (как и все, в принципе!)