#Театральный_понедельник
ДОХОДНОЕ МЕСТО ИЗМЕНИТЬ НЕЛЬЗЯ
Постановка московского режиссёра Владимира Мирзоева в Свердловском государственном академическом театре драмы начинается в бассейне, а заканчивается в поезде
 
Пьеса Александра Островского "Доходное место" за полтора века существования вытерпела тысячи постановок. Но в Екатеринбурге 13 лет назад решили основательно освежить пьесу и перенесли место действия в золотую клетку: бассейн, заботливо выложенный блестящей плиткой (художник-постановщик Анастасия Бугаева). Обезвоженный pool-лужа неожиданно оказался холодным душем для зрителей и даже, буквально, для главного героя Жадова (Сергей Заикин) в финале. Правда, в Томске, душ из шланга отказался работать, но и без сантехнических подробностей всё было понятно. Раньше артисты даже начинали спектакль в купальных шапочках, но они отпали сами собой, а вот спортивные номера на одежде главных героев неожиданно стали говорящими: Онисим Белогубов(Александр Кусков), поднимающийся со дна чиновничьей жизни и вынужденный прислуживать, понятно, «шестерка». Жадов, выбивающийся из чисел первого ряда – одиннадцатый…
 
Фабула пьесы известна. Жадов, молодой человек из мажорной среды женится, но решает жить честно и взяток не брать, как это делает его богатый дядюшка Аристарх Вышневский (Анатолий Жигарь) и его подчиненный Аким Юсов (Заслуженный артист России Андрей Кылосов). Однако, молодая жена Жадова, Полина, науськанная сестрой Юленькой (Юлия Костина), а пуще всего матерью Фелисатой Герасимовной Кукушкиной (Заслуженная артистка России Ирина Ермолова), пытается выставить молодому мужу ультиматум в стиле Сергея Шнурова: «Когда нет денег, то нет любви».
 
Финал в пьесе открытый: Жадов сдается под напором житейских обстоятельств и идет к дядюшке просить «доходного места», еще не зная, что его высокопоставленный родственник попал в поле зрения правоохранительных органов, разоблачен, лишен всех прав и состояния. Как раз в финале Жадов произносит свой прославленный еще легендарным Андреем Мироновым монолог:
 
«Всегда были и будут честные люди, честные граждане, честные чиновники; всегда были и будут слабые люди…. Общество мало-помалу бросает прежнее равнодушие к пороку, слышатся энергические возгласы против общественного зла… Я говорил, что у нас пробуждается сознание своих недостатков; а в сознании есть надежда на лучшее будущее. Я говорил, что начинает создаваться общественное мнение… что в юношах воспитывается чувство справедливости, чувство долга, и оно растет, растет и принесет плоды. Не увидите вы, так мы увидим и возблагодарим Бога…».
 
Монолог этот, читанный более полувека назад, в эпоху застоя, вызывал возбуждение образованных зрителей: может и правда увидим общество справедливости, в котором не последнюю роль будет играть общественное мнение? Это возбуждение было умело использовано устроителями Перестройки с ее гласностью и демократизацией. Однако выясняется, что и через полвека после Миронова ничегошеньки в России не изменилось, как ничего не изменилось и со времен Островского. Всё те же юноши подают «энергические возгласы против общественного зла», но всё так же растворяются в жизненных заботах, казнокрадстве или релокации в разные, отдаленные или не очень места. Историческая российская колея, как наши железные дороги, незыблема и никогда не совпадет с европейскими стандартами. Именно поэтому в финале спектакля все его герои оказываются в русском вагоне под стук колес и вечный крик проводницы-горничной Стешы (Ирина Калинина)
 
- Чайку?   
 
Совершенно невероятна звезда Уральской Драмы Ирина Ермолова в роли Фелисаты Кукушкиной. «Яжмать» играет свои эпизоды с невероятной экспрессией. Говорят, 10 лет назад она проделывала свои кульбиты на шпильках, но и без каблуков Заслуженная артистка России заставляет хохотать весь зал в сцене изгнания идей бескорыстия из жилища Жадова и Полины.
 
Самое интересное, что у Кукушкиной получилось. Идеи бескорыстного служения искоренены. Теперь только «за деньги, да», и все мы сидим в такой огромной луже…