АКТ ДЕСЯТЫЙ.
А ТЕПЕРЬ О ТОМ, ГДЕ КИРА НЕПРАВА

Вот здесь без сахарной ваты.

У Киры есть несколько повторяющихся слабых мест. Первое - она иногда слишком быстро превращает своё понимание ситуации в окончательную версию. Второе - ей легче признать конкретную техническую ошибку, чем более широкую эмоциональную ответственность. “Я неправильно оценила дружеский матч” - да.

“Мой способ публично высказать претензию тоже помог эскалации” - уже значительно сложнее. Третье - её нейтралитет иногда является не нейтралитетом, а контролируемой дистанцией. Она может не называть имя человека и не идти в прямую атаку, но её позиция всё равно читается.

Четвёртое - когда Кира считает, что человек поступил несправедливо, у неё появляется сарказм.

А сарказм в конфликте редко тушит пожар. “Так профинансируй”. “Это же так легко”. “Делай”. “Устраивай свой турнир”. Это уже не попытка договориться. Это желание уколоть обратно. И наконец, пятое. Кира иногда недооценивает собственное влияние на своих людей. Очень показательная история происходит после турнира.

Она рассказывает, что её близкие давно хотели “порвать” Йопа, и после окончания турнира она пишет: “Ребят, турнир закончился”. После чего: “его разнесли в пух и прах”. Формально она не приказала: “Идите нападать”. Но она понимала настроение людей. И понимала, что означает эта фраза.

Поэтому полностью отделить: “это сделали мои люди” от “это сделала я” здесь уже нельзя. Это не одно и то же. Но и делать вид, будто между этими вещами нет связи, тоже нельзя.