7 мая 1992 г. в России введены свободные цены на водку и спирт

«Это событие действительно значило много и для народа, и для истории: переход от жесткой плановой экономики к дикому рынку. От сухого закона Горбачева — к свободной продаже дешевого некачественного спирта. Это событие истории, которое будут помнить не ближайшие 100 лет, а гораздо дольше». (Константин Бабкин, политик)

Это случилось после 70-летней монополии советского государства на алкоголь: к концу 1980-х продажа водки давала треть доходов от торговли продовольствием и шестую часть — от всего товарооборота СССР.

Однако антиалкогольная кампания, запущенная при Горбачеве, сильно поломала рынок: водка была в большом дефиците и продавалась по талонам, самогоноварение цвело махровым цветом. Жителям страны было уже не важно, что за водка стоит на столе — лишь бы была. Покупали даже бутылки без этикеток.

«Если б каждый водку пил
Коммунизм бы наступил
Вот бы жили — не тужили
Песни пели, водку пили
Да, хорошо, едрена мать
Только меру надо знать»
(Вика Цыганова, песня «Русская водка», 1992)

В итоге государство отпустило цены на алкоголь, разрешило производить его где угодно и продавать в любых местах.

При этом устанавливался акцизный налог в 80 процентов, который делал легальное производство бессмысленным: это сразу привело к появлению подпольного контрафакта («паленки»), который производился в том числе на официальных заводах, без уведомления официальных органов.

На рынок пришел импортный алкоголь. Один из первых и самых популярных — спирт «Royal», который везли из Гамбурга (по другой версии — из Голландии). Литровую бутылку крепостью 96% можно было купить за 300 руб., в то время как поллитровка российской 40-процентной водки стоила 120 руб. Он моментально приобрел популярность, поскольку из одной бутылки можно было намешать четыре (по цене двух). Плюс красочная этикетка с коронами и «золотая» надпись на иностранном языке, которые усиливали «незабываемые эмоции».

Уровень смертности от алкоголя вырос, по некоторым данным, в шесть раз: массовые отравления связывали в том числе со спиртом «Royal», который использовали для кустарного производства водки, продававшейся в ларьках.

Центром изготовления «палева» стала Северная Осетия. При этом часть доходов с продаж шла на финансирование футбольного клуба «Спартак-Алания»: его победу на российском Чемпионате-1995 назвали «водочной».

«Я сделал глубокий вдох, потом сильный выдох, посчитал до трех и вылил эту гадость в рот. Эффект чудовищный, и запомнился он мне навсегда. Но на этом мои воспоминания заканчиваются, потому что вообще любые воспоминания заканчиваются после глотка спирта Royal» (Юрий Стоянов, актер)

В 1995-м, после принятия закона о госрегулировании алкогольной продукции, «Royal» исчез из официальной продажи.

Еще одним популярным брендом водки — Rasputin — владели немцы. В 90-е в России насчитывалось порядка 40 поддельных видов этой водки, и фирма разработала голографическую наклейку, которую нельзя подделать (с «подмигивающим» Распутиным на горлышке бутылки). «Один раз вверху, другой раз внизу» (слоган из телерекламы водки «Распутин»)

После того, как русские научились подделывать и голографию, бренд ушел из страны. По другой версии — из-за того, что в 1996-м на российском телевидении запретили рекламу крепкого алкоголя параллельно с ростом курса доллара.

Власть попыталась восстановить государственную монополию на алкоголь уже в 1993-м, когда Борис Ельцин принял соответствующий указ. Но попытка провалилась: независимые производители уже полностью контролировали рынок.

В 1998 государственную инспекцию по обеспечению госмонополии на алкоголь упразднили: формально государство не контролирует, а регулирует алкогольный рынок.