🙏На премьере побывала Валентина
Очень сложно писать отзыв на этот спектакль. И не потому, что сказать нечего, а наоборот, мыслей и вопросов от этой постановки очень много.
Место действия - Вильнюсское гетто. За колючей проволокой под присмотром фашистских надсмотрщиков, под угрозой жизни артисты создают театр. Весь ужас в том, что история реальная: узники под руководством начальника гетто Якоба Генса ставили спектакли, концерты, читали стихи. Театр стал тем местом, где зрители могли хоть ненадолго отвлечься от постоянного ужаса, нависающего над их рухнувшим миром. Для артистов - надежда получить отсрочку, иногда недолгую и весьма иллюзорную, от отправки в концлагеря и дополнительный паек.
Нужен ли театр в гетто? Однозначного ответа в спектакле не получите, каждый сам для себя решит, правильно ли было это, с первого взгляда, абсурдное решение. Но прочитав слова одной из выживших узниц, ответ рождается сам собой.
«Не думайте и не говорите, что здесь было много смеха или шуток... Это были часы, вырванные из той ужасной жизни... Все голодают, всегда и навсегда голодают... И в то же время хочется танцевать. Хочется немного посмеяться, забыть... Забыть обо всех заборах и воротах вокруг».
Рахиль Марголис
Режиссер Владимир Киммельман сразу окунает зрителя в эту страшную историю. Как только откроется занавес, увидите серые деревянные стены и людей в серых одеждах с бледными лицами, жмущихся друг другу.
На их фоне резко выделяется молодой элегантный офицер СС Бруно Китель. Но за его внешней веселостью скрывается жестокий палач, отправивший на смерть не одну тысячу жителей гетто. Непростая роль досталась Николаю Балобану.
Первое действие знакомит с героями этой истории, как и почему возникла идея создания театра. Вот тут как раз первые музыкальные номера в стиле кабаре сбивают с толку, вопрос «зачем это нужно» постоянно возникает по ходу действия.
Еще один парадоксальный персонаж - Якоб Генс - глава Юденрата, начальник еврейской полиции, который добивался уменьшения количества евреев для отправки в концлагерь в Понарах (ведь 700 человек отправить на смерть «лучше», чем 2000), определял «лишних» детей из многодетных семей в семьи с одним ребенком, спасая тем самым от уничтожения. Но при этом выполнял приказы немецкого начальства. Антон Шварц в этой роли в очередной раз удивил своим актерским мастерством, передав этот образ без лишнего пафоса.
Еврейский кукольник Срулик - прототипом послужил Исраэль Сегал, один из выживших в том гетто - с помощью своей куклы порой произносит такие вещи, за которые обычного еврея могут и расстрелять. Но любовь к искусству Кителя творит чудеса, и злость он вымещает на кукле.
Вторая часть показывает все страшные деяния главного палача Вильнюсского гетто Кителя - насилие, расстрел, уничтожение всего и всех, что могло стать свидетелем. Показано красиво, если можно употребить это слово к тому, что он сделал, и от этого становится еще страшнее.
Финал до мурашек, до оцепенения, до звона в ушах от тишины, в которой на стене как на экране идет перечисление гетто и лагерей. Лишь треск ломаемых стен, бросаемых досок и чемоданов с вещами тех, кого уже нет, нарушает эту тишину.
Артисты и на поклонах как будто не вышли из той истории, которую показали нам, они там в этом гетто, где выжить удалось немногим.
Ценно то, что дневник Германа Крука, библиотекаря, который считал, что «Кладбище — не место для театра», стал одним из источников информации из «первых уст» для автора пьесы «Гетто» Иешуа Соболь.
"Гетто" - спектакль-память о тех, кто не выжил, кто хоть ненадолго смог скрасить ужасное существование в условиях ограниченного пространства, это память о поэтах, композиторах, артистах, ставших прототипами персонажей. Ведь часть музыки и песен, которые звучат в спектакле, написана в Вильнюсском гетто - месте, принесшем горе и боль не только еврейскому народу, но и отозвавшихся в душах других людей.
После спектакля хочется просто помолчать, поискать ответы на множество возникающих вопросов и надеяться, что такое больше никогда не повторится.
Ценз 18+ оправдан на 100%.